Книга Студент и бизнесмен, страница 158 – Константин Борисов-Назимов

Точно! Замаскированно все идеально, чувствуется рука профессионала. И воздействие направленно разрушительное, именно на структуру джинна. Неужели все так просто? Почему-то у меня в этом большие сомнения. Сделано-то хорошо, можно сказать со вкусом, но как-то демонстративно. Следует дождаться как отработает мой алгоритм по определению чужеродной магии, а потом посмотрим. А зал начинает озаряться от желтых и зеленых линий. Пока нет ни одного красного жгута и даже обрывочного заклинания, способного нанести вред Гафуру.

— Жейдер, ты прав, каменный кувшин таит опасность для марида, — подтвердил я.

И как сразу не проверил этот сосуд? Он создан после образования источника магии, а значит в первую очередь падет под подозрение.

— Гафур, откуда у тебя кувшин и для какой цели служит? — поинтересовался я у марида.

— Где-то сотню лет назад, когда один из правителей победил очередных врагов и принимал их в клан, то одна дама выразила удивление, что тут так бедно. В то время это место походило на пещеру, без красивой мозаики на полу, неровными стенами и кривым потолком. Сюда нагнали рабов и сделали достойный зал. А кувшин, как символ распечатанного сосуда и моей мощи, принесла в дар дочь побежденного. Кстати, ее тут же и наложницей сделали. Строптивая была, через какое-то время продали в отдаленное племя на радость местных рабов, — ответил джинн. — Кувшин не раз проверялся, он безопасен, но является вместилищем энергии, которая меня подпитывает.

— И замещает жизненную магию смертью, — продолжил я. — Мало того, за такое большое количество времени посыл вплелся в твою ауру, сливается с ней. Ты не можешь диагностировать вредоносное заклинание. Подозреваю, оно многоуровневое, действовало не сразу.

— Чего ты медлишь? Разбей кувшин! — воскликнул Гафур, а потом добавил: — Странно, я обязан охранять сосуд, без него окажусь неблагодарным и слабым. Это записано в правилах существования, главой клана, правившим в то время. Зара, так звали пленницу, впоследствии сосланную в дальнее и слабое племя, убедила в этой необходимости даже меня. Почему об этом забыл?

Кувшин марид защищает против своей воли. Разбить опасный сосуд и так-то не просто, а тут еще Гафур отводит боевые удары и даже не дает прикоснуться. А ведь Мохаммед прикладывал ладонь к стенке опасного артефакта. На этот вопрос элементарный ответ. Султан действовал с чистыми помыслами и ничего плохого не замышлял. А к этому моменту сработала наконец-то и моя диагностика, заставив на миг опешить. В сторону дворцовой магии отовсюду тянутся тончайшие красные нити, вытягивающую жизненную силу. Разбирался недолго, лезвием ножа отковырнул пять мозаинок с пола. Оказалось, что в каждой присутствует зачарованное золото, бывшее некогда жидким и над ним кто-то потрудился, наложив заклятие.

— Поздравляю, — хмыкнул джинну, — у тебя тут давненько не делали ремонт! Зови Мохаммеда!

Таких изощренных посылов никогда не видел и не сталкивался. Вряд ли возможно устранить проблему с помощью перепрошивки или изменения ловушки. Да, это обычная подстраховка, как подозреваю, той магини, чей клан пал в борьбе за власть, а она сдалась на милость победителя. Наверняка ведь подписывались договора о верности, в том числе и передавались собственные силы в распоряжение Гуфара. В то время могущество джинна только усилилось, но владелица богатства выставила условие своей неприкосновенности и процветания. Ее же, по словам марида, отдали в рабство, как и всех остальных, кто входил в тот клан, проигравший не только битву, но и влияние. Кто там был прав, а кто виноват — неизвестно, время стирает информацию. Верить же на слово магии дворца не хочу. Он выставит все в благоприятном для себя свете, о чем-то умолчит, а другое забудет.