Книга Ювелирные дела, страница 138 – Константин Борисов-Назимов

— Гм, Маргарита Семеновна, не пора ли снять блокирующие посылы? — кашлянул в кулак Роман Омарович.

— Только после того, как убедимся, что никто из подозреваемых не сможет сбежать, — холодно ответила та.

— За господина Жергова и его людей готов поручиться, — кивнул страж в мою сторону.

— Это сама решу, — поморщилась женщина, которую назвать пожилой дамой не поворачивается язык. — Мои полномочия вам известны, как-никак, а с поста председателя верховного суда в отставку не отправляли. Вы же, господин Громов, не раз этого от князя добивались, мол не можем сработаться. И к моей операции присоединились только из-за собственных интересов.

— Но, — нахмурился страж, — поймите, глава клана «Парфюмеров» не причастен к махинациям ваших подопечных.

— Тогда его отпущу, — пожала плечиками Маргарита Семеновна, подходя к столу и рассматривая пачки денег, — после дознания. Бойцы! Пакуйте всех и уводите, — приказала стражам.

Первыми вывели телохранителей главаря бандитов, следом Жалиану и Камарию. Громов, отойдя в сторону с кем-то общается по телефону, время от времени косясь в мою сторону. Двигаться могу, но, черт возьми, очень любопытно, чем дело кончится. Жейдеру приказал никому на глаза не попадаться и находиться поблизости, но пока ни во что не вмешиваться.

Моих спутниц увели, как и главу района. В зале остался Седой, трое стражей из группы захвата, Громов, председатель верховного суда, я и мой питомец, забравшийся под стол с рулеткой.

— Я могу переговорить со Станиславом Викторовичем? — Роман Омарович посмотрел на строгую женщину, которая заполняет какие-то документы, принесенные с собой.

— Две минуты, я еще не заполнила ордер на арест, — не глядя на Громова, заявила та. — Кстати, посылы с подозреваемых снимите.

— Мы и так можем двигаться, — хмыкнул Седой и подмигнул мне: — Вот и стал ты мне подельником. Если же узнаю, что заложил — прибью.

— Хм, а разве выкуп долгов подпадает под незаконное деяние? — хмыкнул я.

— Сильны, — прокомментировала Маргарита Семеновна, — сумели путы порвать, а это значит, что нам необходимы новые сети и посылы для захвата преступников. Докладную на имя князя самой написать или вы, Роман Омарович, лично этим вопросом займетесь? Это же в ваших обязанностях!

— Не упомню, чтобы судьи участвовали в операциях стражи и после ареста выписывали ордера, — буркнул начальник отделения стражей. — Как бы это не расценили нарушением.

— У вас уже меньше двух минут, — напомнила ему судья.

Громов поморщился, но промолчал. Странно, он близок к князю, выполняет его деликатные поручения, ну, так считаю. В том числе и не всегда соблюдая законы. А женщине обязан подчиняться. Как так? Нет, приходилось слышать, что реформа судебной системы идет полным ходом, в крупных городах уже сложно решить вопрос в свою пользу с помощью знакомств и денег, а в столице и Питере так и подавно. Однако, сам не сталкивался и никакой уверенности в этом нет.

— Станислав Викторович, отойдем, — кивнул Громов в сторону стола с рулеткой.

Молча за ним последовал, гадая, что он собирается поведать.

— Огнев занят, проводит встречу с послами, — начал страж, подумал и добавил: — Только он, наложив вето, может приструнить и отменить решения госпожи Смирновой.

— Маргариты Семеновны? — уточнил я, кивнув в сторону судьи.