Книга Рокировка. Новый СССР, страница 78 – Константин Борисов-Назимов

— Так много? — нахмурился тот.

— Задним числом мы все мудрецы и победители, — пожал плечами, а потом добавил: — но на ошибках учатся. Думаю, в первую очередь нам следует разобраться с соглашением, а потом уже продолжить тренироваться.

— А давай я тебе сперва расскажу, как обстоят дела с турнирами и призовыми? — предложил Курзин. — Точнее, — он криво усмехнулся, — каковы правила и почему далеко не все сильные шахматисты участвуют в таких состязаниях.

— Дело в использовании дара? — уточнил я.

— Верно, именно из-за него и нет признания в таком виде спорта. Однако, такие шоу, а это именно они, очень популярны среди так называемых благородных дам и господ. Разумеется, далеко не все они этим восхищаются, есть те, кто против происходящего и их достаточно много. Условия каждого турнира обговариваются отдельно, зрители делают ставки, поэтому гонорары игроков значительны. Вот только выигрываются партии не только из-за своего ума и красивых комбинаций, а то, чей дар сильнее воздействует на ситуацию. Казалось бы, ты уже победил, осталось сделать пару ходов, и противник получит мат, но вдруг начинаешь подставлять под удары свои фигуры, делаешь глупейшие ходы и в итоге твой король остаётся голым, — Александр Николаевич поморщился и нахмурился.

— Вы пытались участвовать? — догадался я.

— Почти все через этот соблазн проходят, — кивнул тренер. — Не то, чтобы хочется больших и относительно лёгких денег, нет, всё из-за самоутверждения. Хотя, у каждого индивидуальный взгляд. Тем не менее, в такие игры благородных надоедает играть. Без применения магии всё более честно и, как ни парадоксально, поклонников намного больше, особенно, среди обычных людей.

— Не удивлён, — согласно кивнул головой. — Это всё равно, что одного спортсмена накачать допингом, а второму его не дать.

— Не соглашусь, ты не совсем прав, — потёр подбородок Курзин. — Думаю, ты сам поймёшь, когда своими глазами увидишь или будешь участвовать. Как таковые сыгранные партии не представляют особого интереса, происходит не борьба умов и нервов. Зачастую за одной доской встречаются двое, которые плохо знают как фигуры-то ходят. Не говоря уже гамбитах, продуманных атаках, виртуозной обороны с контригрой.

— В общих чертах понятно, — отмахнулся я. — Не вижу огромной проблемы. Всегда же может найтись тот, кто и в этом шоу наведёт порядок.

— А надо ли это окажется устроителям? — хмыкнул тренер, подумал и добавил: — Сергей, пойми, не всё так однозначно.

— Так об этом и толкую, — развёл руками. — Представьте, появится игрок, способный противостоять магии, при этом неплохо играющий. Что тогда?

— А как ты думаешь? — поинтересовался Александр Николаевич. — Перечислю сразу парочку вариантов. Первый — его вскоре не допустят до турниров из-за постоянных побед.

— Даже если он уже добьётся признания и публика будет ходить на его игру? — задал я вопрос и сам же ответил: — Слухи распространяются быстро, ставки начинают расти, желающих такого противника победить всё больше, шоу получает приток зрителей. Сомневаюсь в первом пункте.

— Допустим, — нахмурился тренер. — А как начёт того, что, — он задумался, покачал головой и буркнул: — Своим ответом ты все мои доводы поставил под сомнения. Однако, такого ещё не происходило, предполагать дело не благодарное. Или ты намекаешь, что готов стать таким игроком?