Книга Смотритель, страница 67 – Константин Борисов-Назимов

— Напомни-ка, у кого ты гостишь? — уточнил я.

Сам-то уже могу отследить по возникшей магической связи, где тот находится, но так быстрее получится.

— Моя речушка в озеро впадает...

— Понял, можешь не продолжать, — оборвал я водяного речушки и коротко простившись, связался уже с водяным озерным: — Рассказывай из-за чего ты своего собрата приютил, — приказал ему после приветствия.

Данный мой дух силой не обделен, его власть и на болотце небольшое распространяется, вот и получается, что в его владениях сразу трое леших бродят, куча русалок имеется, да пару десятков кикимор. Своих подопечных он держит крепко, не дает им между собой ссорится и даже выступает, время от времени, в роли примирителя леших, когда те чего-то делят.

— Кволим, наконец-то до тебя что-то дошло, — в ответ довольно хмыкнул тот, а потом попенял: — Вроде и смотришь ты за всем неплохо, а в глазу оглоблю не замечаешь.

— Поговори мне, — шикнул на него я. — Если никто сообщений не шлет, то понять можно при случае о том, что какая-то беда приключилась. А в данном случае, случайно узнал, что дело темное.

— Угу, в этом ты совершенно прав, дело и в самом деле нечистое, — хохотнул водяной.

— Ты там не хлебнул зелья какого? — догадался я такой храбрости своего духа.

— Самую малость, — признался тот, — с лешими за мировую выпили, мирить их пришлось, весь сыр бор разгорелся...

— Молодец, что нашел выход с лешими, — похвалой прервал его, подозревая, что тот мне сейчас начнет рассказывать лесную эпопею, чего там духи не поделили. Да и Настя уже на крыльцо в сопровождении родителей вышла, скоро поедем, а в дороге разговаривать мысленно на дальние расстояния сложно. Нет, сам-то без проблем могу, но из-за перемещения может так получиться, что пара фраз не дойдет и картина не так сложится. — Говори по моему делу, что там с речным водяным? Давно гостит и из-за чего?

— Пару десятков лет назад, одна из моих русалок пожалилась, что подружка речная ее чахнуть стала, а водяной местный ее вылечить не может, — стал говорить водяной, а я озадаченно почесал за ухом (котовьи привычки иногда просыпаются).

— Водяной не смог вылечить русалку, а та чахнуть стала? — переспросил, ибо такого представить не в состоянии.

— Угу, — подтвердил тот, — сам был шокирован и сперва не поверил, но на уговоры своей золотохвостой поддался и решил лично отправиться и посмотреть, что к чему. Каково же оказалось мое удивление, что все слова подтвердились. Живности в реке почти нет, русалки чахлые, водяной на грани магического истощения. А от воды веет страхом и угрозой, такое ощущение, что кто-то все соки тянет и делает округу безжизненной. Рыба уходит, даже раков и те одни старожилы остались, приплода почти нет, а рыба на нерест не желает в речку идти. Тогда-то я их к себе и забрал... погостить.

— А случилось это когда?

— Ох, — вздохнул водяной, но потом признался: — перед зимой дело было, пригласил перезимовать, да магические резервы поднакопить.

— Сколь зим назад?! — рыкнул я, не выдержав хождения вокруг да около.

— Да почитай лет двадцать, двадцать пять.

— И после этого речной водяной не пытался вернуться в свои места обитания? — поразился я.

— Пытался, но силы теряет и его назад приходится возвращать, — с виной в голосе, признался озерный водяной.