Книга Видевший будущее, страница 46 – Константин Борисов-Назимов

– Не забыл, что детские вещи с радостью отдаются по наследству и знакомству? – поинтересовался я, мысленно взвешивая всё за и против.

– Зато и рвутся часто, пачкаются, а обувь и вовсе не больше двух детей выдержит!

– Не возражаю, но десяток джинсов прикупим и пару блузок покрасивее, чисто для мам, – подытожил я.

Почти собрались уже отправиться в «детские» ряды, но к нам подошли четверо парней трое из которых южной национальности, а один славянской внешности, который к нам обратился:

– Парни, вы на рынке трётесь давно, но кроме пирожков ничего не купили. Чего тут забыли?

– Решаем, – неопределённо ответил я и уточнил: – Вы смотрите за порядком и продавцов крышуете?

– Типа того, – усмехнулся один из южан.

– Нам нужна детская обувка и шмотки, оптом, на пробу, не подскажите где лучше отовариться? – решил попытать я удачу.

– В китайских рядах, – пожал плечами славянин.

– За полтинник не проводишь? – предложил я.

– Стольник на брата, и мы вас даже в течении часа ото всех будем охранять, – равнодушно ответил тот, но потом добавил: – Бабки отобьёте при покупке, скидка будет, да и проведём к самым дешёвым оптовым торгашам.

– Хрена себе у вас расценки?! – поразился Котыч. – За час работы срубить по сотке!

Да, согласен с другом, у самого на языке подобное высказывание крутилось, в последний момент промолчал.

– Устроит или нет? Времени у нас нет, – покрутил шеей славянин, а южане рассмеялись.

Не заведут ли они нас в тёмный угол, где банально ограбят? Риск? Наверное, но их четверо и можем отбиться в случае наезда, главное, чтобы их больше не оказалось, да без стволов. Впрочем, вряд ли крыша рынка будет гоп-стопом на своей территории промышлять. Но как понять, что это не залётные здесь, а охранники и сборщики подати?

– Рассчитаемся тогда, когда увижу, что привели нас в нужное место и там действительно есть товар, – подумав, ответил я.

– Без базара! Меня Вилком кличут, – он взглянул на часы: – Сейчас пять минут двенадцатого, запоминаем! Погнали!

Ответить я Вилку ничего не успел, тот шустро в толпу ввинтился, нам с Котычем только и осталось, как поспевать за своими провожатыми. Парни уверенно двигаются по рынку, словно рыбы в воде и ещё успевают с какими-то знакомыми общаться. Кстати, заметил я ещё несколько таких же покупателей, которых другие охранники куда-то сопровождали. На дорогу нам потребовалось порядка пятнадцати минут скорым шагом. Привёл нас Вилк с подручными к веренице контейнеров, над ними возвышаются деревянные надстройки у которых имеются двери и небольшие окошки с занавесками.

– Это для мелких карапузов, от трёх лет рождения до десяти, – махнул рукой наш провожатый в сторону длинного ряда. – Если требуется другой возраст, то нам чуть дальше.

– Нас устроит! – поспешил с ответом Котыч, рассматривая стоящую рядком обувку. – Макс, а для племянницы могу чего-нибудь купить?

Сидящая на корточках китаянка, а может вьетнамка, при слове «купить» чуть не подпрыгнула и затараторила на своём языке хватая то одну обувку, то другую.

– И как с ней можно договариваться? – посмотрел я на Вилка. – Она же не понимает ни хрена!

– Это не моя забота, – беспечно зевнул тот и вытащил из кармана пачку Кэмела. – Мы привели, вы покупаете, мы вас выводим.

Попытался я подыскать какие-то аргументы, но не стал, Котыч уже в дело вступил и прямо на картонной коробке пишет количество пар обуви и ставит знак вопроса. Продавщица, что-то лепечет и выводит цифру. Мой друг делает огромные глаза, хватается за сердце, перечёркивает цифру и пишет свою. Пять минут и сделка завершена, мы готовы купить пятьдесят пар сандалий и двадцать пар ботинок, разных размеров и расцветок, но, блин, складывать-то некуда!