Книга Поведай мне свои истины, Каролина, страница 9 – Элиза Барра

Каролина с большим трудом привыкала к новому окружению на незнакомом континенте. К примеру, в Англии она в последний раз сидела верхом на лошади в совсем юном возрасте еще до того, как оказалась в монастыре. Несмотря на то, что в Америке было хорошо развито дилижансное сообщение между городами, а также активно строилась железная дорога, навыки верховой езды здесь были жизненно необходимы, и отец настаивал на том, чтобы Каролина научилась уверенно держаться в седле. Этого же мнения придерживался и майор Коутс, который был не только приближенным генерала, но, фактически, являлся его правой рукой. С самой первой встречи офицер проявлял знаки внимания к Каролине, которые можно было расценить, как ухаживания. Он при любой возможности приглашал девушку на конную прогулку, совмещая приятное времяпрепровождение с полезными уроками от опытного наездника.

Вот и теперь, едва вернувшись после недельного отсутствия, майор тут же пригласил Каролину покататься вдоль побережья океана. Разумеется, она согласилась. Отец поощрял их дружеское общение, не скрывая своей симпатии к Коутсу, который в свои двадцать шесть лет уже хорошо зарекомендовал себя и дослужился до звания майора.

Одевшись в платье с широкой юбкой для верховой езды, которое было сшито из батиста золотистого цвета и дополнялось коротким жакетом с небольшой шляпкой, Каролина поспешила разыскать сержанта Барри, чтобы уговорить его отвезти ее в Сан-Квентин. Она была уверена, что успеет вернуться до визита майора Коутса, и ее отсутствие останется незамеченным. Барри не выглядел обрадованным, когда девушка сообщила ему о своем намерении, но спорить с дочерью генерала, в которую к тому же, как уже все знали, был влюблен его непосредственный командир, он не стал. Вместо этого он помог Каролине забраться на спокойную серую кобылку, приобретенную генералом Клейтоном для дочери, и устроиться в неудобном женском седле, которое позволяло сидеть на лошади только сбоку.

Уже через четверть часа они миновали ворота тюрьмы, расположенной в очень живописном месте – на мысе Сан-Квентин с великолепным видом на океан. Вот только любоваться видами мог далеко не каждый, потому что каменные темницы для узников больше напоминали средневековые мрачные казематы, в которых томились более сотни мужчин, женщин и даже детей. Последняя категория малолетних преступников больше всего занимала мысли Каролины. Вернее, один из них – мальчишка лет одиннадцати, зверски выпоротой кожаным ремнем в качестве наказания за попытку побега. Девушка не смогла сдержать слез, когда минувшим днем увидела его скрюченную тощую фигуру в углу камеры. Мальчик метался в горячке, и Каролина с трудом смогла выпоить ему лауданум, чтобы он спокойно заснул, а она смогла обработать его спину. Каролина всю ночь волновалась за самочувствие маленького пациента и хотела проведать его.

— А где Бобби Филлипс? – растерянно спросила она, обнаружив пустую циновку, на которой еще вчера лежал мальчишка.

Несколько чумазых диковатого вида мальчуган с любопытством поглядывали на красивую леди в нарядном по их меркам платье, осторожно косясь на ее сопровождающего, военная форма которого явно внушала им страх.

— Так это, - шмыгнул носом один из них, - помер Бобби. Ночью, поди, преставился. Мы утром глянули, а он холодный уже.