Книга Пока смерть не разлучит нас, страница 92 – Мэри Джонстон

Человек в черном с серебром костюме отбросил в сторону ракушку и решительно вступил в бой. Одной рукой он схватил могильщика в гофрированном воротнике и отшвырнул его от могильщика в бархатных штанах; другой приставил украшенный драгоценными камнями кинжал к груди головореза в женской накидке и мелодичным голосом, который великолепно подошел бы Астрофилу, изливающему камням, озерам и ручьям свою любовь к Стелле^[107], изрыгнул поток замысловатых отборных ругательств, до того похабных и кощунственных, что они навлекли бы позор на самого разнузданного маркитанта^[108]. Это вмешательство возымело успех. Воюющие стороны разошлись, гвалт стих, после чего джентльмен, вместивший в себя столь ошеломительные противоречия, вновь стал любезен и меланхоличен.

— Джентльмены, давайте простимся со старой любовью, прежде чем заводить новую, – сказал он. – Вначале мы похороним покойного, а уж потом выберем его преемника. Я полагаю, мы сделаем это благопристойно и в согласии с обычаем, и меньшинство беспрекословно подчинится воле большинства.

— Я буду драться за свои права! – рявкнул Рыжий Джил.

— А я за свои! – вскричал Испанец.

— И каждый из нас будет стоять за того, кто ему люб, – как бы в сторону пробурчал могильщик с разбитой головой.

Тот, кого называли Пэрдайсом, печально вздохнул:

— Очень, очень прискорбно, что ни один из нас не обладает достоинствами столь выдающимися, чтобы перед ними склонил голову раздор. Итак, джентльмены, давайте вернемся к похоронам.

Пираты сгрудились вокруг разверстой могилы, и несколько человек подняли тело. А я бесшумно, как индеец, оставил свое убежище в зарослях травы и под прикрытием дюн поспешил на другой конец острова, откуда к небу подымался легкий дымок, свидетельствуя о том, что кто-то вновь разжег костер, о котором я позабыл. Это был Спэрроу, он бросал в огонь то кусок дерева, то пучок сухих водорослей и разговаривал с моей женой, которая сидела у его ног, согреваемая разом лучами солнца и жаром костра. Дикон пек в золе остаток устриц, собранных вчера вечером, а милорд стоял и хмуро глядел туда, где за девятью милями воды чернел материк. Когда я подошел, все взоры обратились ко мне.

— Еще немного, капитан Перси, и нам пришлось бы выписывать ордер на обыск острова, – весело сказал пастор. – Вы что, строили мост?

— Если мне удастся его построить, – отвечал я, – то ступить на него будет довольно опасно. Скажите, вы смотрели в сторону океана?

— Мы проснулись всего лишь минуту назад, – сказал Спэрроу. Он распрямил свою могучую спину и, подняв лицо от костра, взглянул туда, где синел океан. Дикон, все еще стоя на коленях над пекущимися устрицами, посмотрел туда же; милорд оторвался от созерцания далеких земель племенного союза аккомак и тоже повернул голову. Мистрис Перси, одной рукой заслоняя глаза от солнца, а другой придерживая длинные темные волосы, которые она начала заплетать в косы, поглядела в ту же сторону, что и остальные. Несколько мгновений они безмолвно смотрели на корабль, потом его милость рассмеялся.

— Ну что же вы, капитан? Прочтите поскорее какое-нибудь заклинание, чтобы мы сейчас же перенеслись на борт! – воскликнул он. – Нам очень хочется пить.

Я отвел пастора в сторону.

— Сейчас я уйду туда, за эти дюны, – сказал я, – а вы все останетесь здесь. Если я не вернусь, сделайте все, что в ваших силах, чтобы как можно дороже продать ее жизнь. Если же я вернусь… то вы, Спэрроу, человек находчивый и были актером. Многое будет зависеть от того, как вы сумеете мне подыграть!