Книга Просто Марго, страница 41 – Елена Скаммакка дель Мурго

— Не обижайся, Александра Александровна, но лучше воспитанием Дмитрия займусь я. Я отец, и мне виднее, какие навыки прививать с детства мальчику.

— Отлично, я ничего не имею против, – улыбаясь, согласилась Юдина, зная, что все равно Дима все свои секреты и тайны доверял именно ей, а не отцу. Мальчик с самого детства побаивался своего отца, робея перед его отцовским авторитетом, жил всегда с оглядкой на него: одобряет ли его поступки отец или нет. Поэтому Дмитрий и вырастет несамостоятельным и не способным принимать самому решения мужчиной, да, к тому же, характер его, сформированный в основном его отцом, будет замкнутым и необщительным. Зато душой юноша пошел весь в свою благородную мать. Щедрый, незлобный и, порой, слишком открытый и безотказный, он не раз в жизни пострадает за эти свои положительные качества. К сожалению, всегда найдутся люди, готовые воспользоваться доверием и добротой другого человека в угоду своим подлым и низменным интересам.

— Но одно ты делаешь правильно, это то, что ты говоришь с детьми с самого раннего детства на иностранных языках, – все же нашел положительную сторону в воспитании детей своей женой Савулиди.

— Это очень важно! Специалисты со знанием иностранных языков очень пригодятся в ближайшем будущем нашей молодой стране. Мы обязательно выйдем с нашей продукцией на мировые рынки, да и в сфере культуры предвидится обмен опытом!

— Ну, хоть что-то я делаю правильно! – заметила ему жена.

«Похоже на политпропаганду, – подчеркнула про себя Александра. – Как будто он не со мной разговаривает, а на партсобрании выступает. Господи, Василий, как, все-таки, ты изменился! Почти ничего не осталась от того милого юноши, которого я когда-то знала!»

Брат и сестра Савулиди росли совершенно разными по характеру и темпераменту людьми. Дмитрий с самого раннего детства был весь в себе, в своем внутреннем мире, раскрывать который он не торопился ни перед кем, ярко выражая его через свои рисунки.

Стоило положить перед ним листки белой бумаги и цветные карандашики, и мальчик мог часами рисовать все, что его окружало и что ему подсказывала его детская фантазия.

А маленькая забияка Марго целыми днями весело напевала детские песенки и разыгрывала выдуманные ею же театральные сценки со своими игрушками. И получалось у нее это очень талантливо.

— Василий, я так рада, что у нас растут такие творческие личности, правда, это здорово?! – поделилась своими наблюдениями жена.

— Угу… Здорово-то здорово, – отвечал муж, не отрываясь от прочтение газеты «Правда». – Только на жизнь-то они чем будут зарабатывать?

— Ой, какой ты приземленный, все-таки, Василий Дмитриевич! Зачем ты все сразу сводишь к прозе жизни?

— Во-первых, они еще маленькие, а во-вторых, может, Дмитрий станет известным художником, ну, например, как Иван Айвазовский, ему тоже очень нравиться рисовать море, а Маргоша певицей или актрисой?

— Еще чего! Это что еще за профессии такие! – недовольно возразил ей муж. – Если у Дмитрия есть способности к рисованию, тогда пусть станет архитектором, там тоже нужно рисовать эскизы, а Марго лучше, если будет переводчиком с иностранных языков, а не какой-нибудь актрисулькой или певичкой. – Василий не испытывал должного уважения к творческим профессиям, не совсем понимая, какую конкретную пользу они могут принести их советскому обществу.