Книга Грандвелл, страница 107 – Таня Толчин

Еще некоторое время они непринужденно беседовали, обмениваясь новостями друг с другом. Ведь столько всего произошло за последнее время… Затем Этель и Петер откланялись, удаляясь ко сну.

— Будь счастлива, Деми, — молвил он, взглянув в ее глаза и тут же отвернулся. Кажется, эта произнесенная фраза далась тяжело Петеру, Этель же сделала вид, что не заметила оттенка горечи в голосе возлюбленного.

Граф Эрик же поднялся из-за стола, намереваясь проводить брата, видимо, хотел поговорить напоследок. Когда Петер и Этель удалились, графа задержал в беседе кто-то из присутствующих гостей, видимо, обсудить государственные вопросы. К ним как-то ненавязчиво присоединилась Милберга, не сводя с Эрика свой пристальный взор и мило ему улыбаясь.

— Слышала, что в Вашем графстве лучшие виноградники и божественное вино, — буквально пропела своим сладким голосом. — Хотелось бы навестить Грандвелл да взглянуть воочию.

— Я обязательно распоряжусь, чтоб вам прислали в дар несколько бочонков красного вина, уж попробуете, — ответил учтиво Эрик.

Деми со стороны созерцала эту беседу, как Милберга невзначай касается локтя графа своими изящными пальчиками и мило ему улыбается. Лоувед почувствовала приступ ярости, которая накатила, словно горячая волна, остервенело грызла пшеничную лепешку.

— Я сильно устала и хочу в опочивальню, — резко обратилась к сидящему неподалеку Джону.

— Служанка проводит в покои, — ответил тот, подзывая кивком молодую девушку из челяди.

Когда Деми очутилась в своей комнате, которая предназначалась именно для нее, едва сняв верхнее платье, сразу же рухнула на кровать, кутаясь в одеяло. Моментально провалилась в сон, уж сильно вымоталась за день. Ей снилось, что качается на волнах бескрайнего океана, ощущая внезапный прилив тепла, будто что-то окутывало в кокон.

Девушка открыла глаза, обнаружив себя лежащую рядом с Эриком на его ложе. Фыркнула и аккуратно отстранила ладонь графа со своей талии, намереваясь сползти и уйти к себе.

— Я не для того тебя перенес, чтоб ты убегала, — молвил тот хриплым сонным голосом, рывком прижал девушку к горячему телу, заключая в железное кольцо своих рук. Лоувед еще какое-то время возмущенно пыхтела, пытаясь освободиться, но безрезультатно. Эрик ее даже не слушал, прикрыл веки и дремал, не размыкая цепких объятий. И Деми, наконец-то, сдалась и провалилась вновь в сон.

Грандвелл проснулся на рассвете от какого-то шороха и сразу же узрел свою невесту, которая боком к нему сидела на краю кровати, жадно поедая закуски с серебряного подноса, расположенного на ее коленях.

— Ты решила опустошить все съестные запасы Уинчестера? — ухмыльнулся граф, явно любуясь Лоувед, которая казалась забавной с растрепанными волосами и сонными родными глазками, так умиленно причмокивала, жуя кусочек рыбы и облизывая свои драгоценные пальчики. В ней даже это казалось красивым, такая непосредственность наряду с ребячеством…

— Иди ко мне, моя девочка, — молвил хриплым голосом, его взгляд казался темнее бездны, в котором уже вовсю горело дикое желание. Деми резко отложила в сторону поднос и вскочила с кровати, потянувшись за кувшином с виноградным соком. Немного отпила из чаши и замерла…

— Ой, что-то голова закружилась, кажется, меня тошнит, — вдруг побледнела, почувствовал слабость во всем теле. Затем опрометью бросилась в соседнюю комнату, исторгая содержимое своего желудка в деревянный тазик, который лежал на полу.