Книга Хранитель сокровищ, страница 136 – Дебра Дайер

— Ну, так возьмите его, — предложил он. Джулиана радостно прижала руку к груди.

— Вы это серьезно? — переспросила она.

— Уинд Дансер вас теперь знает, — кивнув, ответил Эш. — Думаю, вы найдете с ним общий язык.

— Я его не обижу. Благодарю. — Погладив Эша по руке, она повернулась и пошла к выгону, оставив их наедине.

Элизабет смотрела на мужа, старательно пряча обиду под маской ледяного презрения.

— По-твоему, мне очень хочется сидеть взаперти и ждать, когда ты вернешься с прогулки? — возмущенно сказала она.

Эш поднял на жену глаза, в которых не было и тени раскаяния.

— Перед самым твоим приходом Джулиана предложила покататься верхом, — объяснил он. — Я собирался сказать тебе об этом.

— После возвращения с прогулки? — саркастически усмехнулась она.

— Прежде чем мы уехали бы, — в тон ей ответил Эш. Ветерок, перебиравший его волосы, бросил на лицо прядку. — Я подумал, что должен пригласить и тебя.

«Должен». Равнодушное слово больно задело Элизабет.

— Какой заботливый! — с долей иронии усмехнулась она.

Однако ее слова Эша не тронули.

— Но ты предпочтешь провести утро за уроком езде верхом, — продолжил он.

Неужели этот мерзавец и вправду думает, что она в восторге от роли учительницы?

— Между прочим, я очень люблю ездить верхом, — заметила Элизабет.

— Неужели? — Муж удивленно поднял брови.

— Еще раз напоминаю: светский вечер не за горами.

— А еще так много надо вбить в мою голову. — Эш повернулся и направился к дому. — Что ж, не будем терять времени.

Постояв немного, Элизабет нерешительно пошла следом. Этот человек относится к ней, как к тюремному надзирателю. По его вине она чувствует себя мелочной и эгоистичной. Но ей хорошо известно, каким злым и жестоким может быть светское общество. На Эша будут устремлены сотни придирчивых взглядов, отыскивающих в нем малейший изъян. Пропавший много лет назад лорд Энджелстоун и теперь объявившийся его сын, — их так просто в покое не оставят. Элизабет хочет помочь этому человеку не ударить лицом в грязь. Она ни за что не позволит, чтобы Эша унижали и высмеивали. Хотя он и в самом деле бывает порой настоящим дикарем.

Догнав мужа, Элизабет сказала:

— Урок мы начнем с экскурсии по Четсвику.

— Мне все равно, — отозвался Эш, не глядя на жену.

Как бы ей хотелось ответить тем же! И навсегда выбросить его из сердца. Но она не может этого сделать. Элизабет надеялась, что Эш узнает, наконец, в Четсвике свой дом. Здесь родился он сам, его отец, дед и прадед. Это поместье с 1673 года принадлежало роду Марлоу. Эш был звеном в длинной цепи мужчин и женщин, которые здесь жили, любили и растили детей. Как заставить его это понять?

Яркий солнечный свет падал на многочисленные портреты, которыми были увешаны стены длинных коридоров Четсвика. Эш едва различал лица мужчин и женщин на полотнах в изысканных позолоченных рамах. Как бы ему хотелось не быть внуком старика-герцога. Тогда бы все не было таким сложным.

Каждая проведенная в этом доме минута откалывала кусочки от стены, за которой скрывались воспоминания. И Лабиринт, и озеро, и картины казались ему очень знакомыми. Становилось все труднее отрицать, что он здесь когда-то раньше жил. Неужели он и в самом деле Пейтон?

— Эту залу и следующую занимают семейные портреты, — продолжала рассказывать Элизабет. — На этих стенах, как и по всему дому, можно увидеть лица титулованных герцогов и герцогинь Марлоу с 1654 года.