Книга Хранитель сокровищ, страница 24 – Дебра Дайер

— Вы человек, которого долгое время не могли найти, — ответила Элизабет, как ни в чем не бывало. — В конечном итоге, вы можете найти дорогу домой, если забудете о своей гордыне. Вы — храбрый мужчина, мистер Макгрегор, или трус?

По лицу Эша заходили желваки.

— К чему эти пустые разговоры? Я уже сказал Тревелиану, что поеду с ним в Англию, — сердито объявил он.

Элизабет прижала руку к сердцу, благодаря, в душе Бога, что ее молитвы были услышаны.

— О Боже! Это просто чудесно! — воскликнула она, не в силах сдержать радость.

— Не стоит возлагать на меня свои надежды, Бет, — охладил ее Эш. — Навсегда в Англии я не останусь. Я обещал старику пробыть там шесть месяцев и не больше. Шесть месяцев, после чего уеду назад.

— Шесть месяцев? — недоуменно переспросила Элизабет. — Но за это время едва ли можно успеть познакомиться…

Уже в следующее мгновение девушке показалось, что он превратно может истолковать эти слова, и она принялась нервно перебирать жемчужины на своем ожерелье.

— Я, конечно же, имела в виду вас и Марлоу. Эш сурово сжал губы.

— Давайте сейчас выясним все раз и навсегда. Я еду в Англию только из-за денег, а не ради чего-то там или кого-то, — безжалостно отрезал Эш.

Элизабет вопросительно посмотрела в его глаза, надеясь, что он сказал неправду, но в холодной синеве не смогла найти ничего утешительного. И поцелуй, объединивший их несколько минут назад, от которого Элизабет и сейчас еще не могла опомниться, для Эша не значил ровным счетом ничего.

Надеясь, что он не заметит ее разочарования, она опустила глаза и стала смотреть на узкий черный галстук, выглядывающий из-под воротничка его белой рубашки.

— Не понимаю, как вы можете так поступать с Марлоу! — в голосе Элизабет звучала обида.

— Но старик, похоже, на мне просто помешался, — невозмутимо ответил Эш.

Девушка с достоинством расправила плечи. Оскорбления в свой адрес она еще могла терпеть, но Марлоу…

— Да, как вы смеете говорить о нем в таком тоне! — возмутилась она.

— Послушайте, леди, для вас он, может быть, и святой, а для меня — просто старик, у которого денег больше, чем здравого смысла, — спокойно ответил Эш.

Возмущению Элизабет не было предела:

— Но ведь он — ваш дед!

Эш громко расхохотался, явно издеваясь над ее негодованием.

— Если вы верите в эту чушь, значит, еще большая дура, чем ваш опекун, — презрительно фыркнул он.

Заглянув в глаза Макгрегора, Элизабет увидела в них холодное безразличие — никакого отклика на ее глупые надежды. Обжигающий огонь реальности спалил все чаяния и мечты Элизабет.

— Вы правы, мистер Макгрегор, — взяла она себя в руки. — Я самая настоящая дура.

Прищурившись, Эш отступил немного назад, словно перед ним стоял противник, готовый в любую минуту на него наброситься.

— Только дура, могла так обольститься, приняв за тонкость ранимой души вашу холодную расчетливость. Только дура могла поверить, что человек с такими низменными стремлениями сможет когда-нибудь стать настоящим джентльменом, достойным имени Тревелиан. — Она выпалила все это на одном дыхании.

— Похоже, вы начинаете сомневаться, что я могу быть Пейтоном Тревелианом, — заметил Эш.

Элизабет с трудом проглотила подступивший к горлу комок.

— Нет, — ответила она. — К сожалению, я все еще верю, что вы — Пейтон Тревелиан. Боюсь только, что и в подметки не годитесь Марлоу. Вы, сэр, самый, что ни на есть настоящий подлец, — торжественно завершила тираду Элизабет.