Онлайн книга «Невеста тирана»
|
— Ну, мы же договаривались, не сегодня! Лапа умно взглянул и повел огромными ушами. Тявкнул в ответ. Джулия не сдержала улыбки и прижала его к себе еще сильнее: — Пойдем, горе мое! Она развернулась и пошла обратно, низко неся фонарь, чтобы не слепило зверька. Из приоткрытой двери доносился разговор. Джулия инстинктивно прислушалась — …словно на похоронах. — Перестань! — Сеньора Марена, сказывают, до сих пор вся в слезах. И никак не уймется. Тоже мне, горюшко — одного знатного жениха на другого поменять. Джулия почесала Лапу между ушами, чтобы зверек затих, и осторожно заглянула в кладовую. Две молоденькие служанки сливали из огромной бочки масло в глиняные кувшины. Одну она узнала — Наталина, кухонная девушка. Худая, светловолосая, с чересчур маленьким вздернутым носом и быстрыми злыми глазками. Вторую, краснощекую и круглолицую, Джулия знала только в лицо. Та толкнула Наталину локтем: — Молчала бы ты, бессовестная! Уж глянула бы я на тебя, если бы тебя за чудовище просватали! А мне жалко сеньору. Так жалко, что сердце екает. Как представлю ее, бедненькую, в его черных лапищах — кровь стынет. Не пара он нашей сеньоре. Не знаю, куда Господь смотрит. Говорят, ничем он не лучше своего отца. А, может, и хуже. А тот, сказывают, от людей один пепел оставлял, если что не по нраву. Как же ей, миленькой, не убиваться? Наталина пожала плечами: — Да люди много что сказывают. Альфи — далеко, а со страху чего не наплетут. Товарка скривилась: — Ой, много ты знаешь! За стены Лимоза и нос свой не совала, а все туда — рассуждать, да господ судить. — Она кивнула на кувшин, который наполняла Наталина: — Глядела бы лучше, вон, перелилось! Наталина отставила кувшин на каменный уступ и уперла кулаки в бока: — Да господа твои, дура ты распроклятая, такие же люди, как и прочие. Знаю я, от чего так убивается твоя святая сеньора Марена. От того, что терпежу не хватило свадьбы с первым женишком дождаться. Даже и ума не приложу, как теперь выкрутится... Я-то видела, как наша сеньора… Лапушка, чувствуя напряжение хозяйки, тихо зарычал. Слушать дальше не имело смысла, и Джулия решительно шагнула в кладовую. Служанки побледнели, быстро переглянулись. Наталина попятилась, опрокинула полный кувшин, и масло натекало глянцевой лужей. Джулия отвесила мерзавке звонкую пощечину: — Растяпа. — Она кивнула второй: — Вышла вон. Посмеешь сплетни повторять — узнаю. Брату расскажу. Девушка низко поклонилась: — Никогда, сеньора… — и юркнула в дверь. Было слышно, как в коридоре затихают торопливые шаги. Джулия поставила фонарь на уступ, посмотрела в лицо Наталины: — Так что ты видела? Та нервно покачала головой: — Ничего, сеньора! Клянусь, ничего! Джулия ухватила ее за руку повыше локтя: — А ну! Говори! Служанка разревелась, но эти слезы не тронули. Она хлюпнула носом: — Видела, как второго дня сеньор Марки ночью под окно сеньоры Марены приходил. — Дальше! — Дальше — ничего. Безликим богом клянусь! Больше ничего! Джулия тряхнула служанку: — Кому еще вздор говорила? Та качала головой, бухнулась в ноги: — Никому! Жизнью клянусь, сеньора Джулия! Никому не говорила! И не скажу! Пусть язык отсохнет, если лгу! Глупая я! Глупая! Только не прогоняйте, сеньора! Джулия убрала руку, преодолевая инстинктивное желание вытереть ее о платье: |