Книга Операция «Рагнарёк», страница 377 – Андрей Журавлев, Ольга Сословская

— Я всегда надеялась, что со мной случится что-нибудь в таком роде, — призналась охотница, отхлебывая горячую жидкость из берестяной кружки, — хотя обычно представляла, что для этого нужно попасть в совсем другой мир.

— Я тоже, — рассмеялся Биггвир, — люди – это самая захватывающая легенда, которую я знаю.

Но из дальнейшей беседы выяснилось, что альвам просто повезло. Девушкам пришлось пространно объяснять собеседникам значение некоторых слов, вроде «экспедиция», «геолог», «ружье». Последнее, к слову сказать, вызвало у альвов почти мистический восторг, а сестра Деккиро, Балла, даже попросила разрешения потрогать его, чтобы убедиться в том, что оно настоящее.

Рассказанная девушками с помощью непонятных слов история альвам очень не понравилась. Группа студентов-геологов, прибывшая в местную деревню, которая должна была послужить им базой для летней практики, оказалась там в неподходящий момент. В деревне играли свадьбу уже вторую неделю. Водка в местном магазинчике закончилась, народ перешел на самогон, и пьяные мужики все чаще донимали пятерых девушек, составлявших ровно половину группы, своим вниманием. Вдобавок ко всему руководители группы, вместо того, чтобы выйти на защиту своих подопечных, что-то пробормотали о «помощи из райцентра» и умчались туда на выделенном им местным милиционером мотоцикле. Уже пару дней ни о преподавателях, ни о помощи не было ни слуху, ни духу. Тогда ребята, во избежание эскалации конфликта, ночью снялись с места и ушли в тайгу, где разбили палаточный лагерь. Но провианта у них было немного, и студенты по очереди отправлялись в лес, вспоминая древние искусства охоты и собирательства.

— Да, — вздохнула Балла, выслушав рассказ, — я догадываюсь, как вам было страшно, когда…

— Да не страшно! – возмутилась темноволосая девушка. — Но противно. И лучше уйти, чем пристрелить пьяного дурака, который сам, протрезвев, поймет, что вел себя безобразно. Они не плохие. Просто… Жизнь тяжелая. Они от этого пьют. А оттого, что пьют, она еще тяжелее делается. Эх, вот нет мозгов. От слова «совсем»… Если бы кто-нибудь…

На следующее утро в деревне творилось нечто невообразимое. Началось с того, что возле сельсовета похмельные поселяне обнаружили пару бочонков отменного домашнего пива. Самогон решено было оставить до вечера, и страдающие мужики, впрочем, как и все остальное население вслед за ними, приложилось к спасительной жидкости. Пиво было чудесным. В прямом смысле слова.

Уже через час совершенно трезвые и полные сил мужики разбрелись по деревне. Из дальнего конца слышался звон молотков и жужжание электродрели, трактористы под руководством бригадира Петра Семеновича приводили в порядок сельхозтехнику. Давно не доеных коров в спешном порядке откармливали свежескошенной травой и освобождали от застоявшегося молока под благодарное мычание. Местные подростки дружно ремонтировали бабе Кате поломанный в пьяном раже забор… Словом, жизнь в деревне закипела.

Сержант милиции Прохоров, задержавшийся здесь на неделю по причине свадьбы и никак не могущий вспомнить, куда он задевал свой мотоцикл, удовлетворенно кивнул головой, оседлал предложенную ему председателем сельсовета кобылку и отправился в райцентр за сбежавшими руководителями экспедиции, в полном составе вернувшейся в деревню и принимающей деятельное участие в строительстве новой счастливой жизни, которую местное население решило себе устроить самостоятельно, не дожидаясь руководящих приказов сверху.