Книга Операция «Рагнарёк», страница 42 – Андрей Журавлев, Ольга Сословская

Оставшись вдвоем, Фьялар и Крис с трудом отыскали что-то, похожее на арку, и, убедившись, что за ними никто не наблюдает, скрылись в ее тени. — Оставалось дождаться звонка Моники.

— Похоже, здесь сегодня полный сбор, — заметил Фьялар.

— В основном неонаты, — ответил Крис, — Старшие и Древние предпочитают оперу. Хотя, это вопрос стиля, кому-то нравится демонстрировать Сородичам новый байк, а кому-то – лимузин. Но сегодня, все-таки, главное – музыка, а не тусовка. Надеюсь, тебе понравится.

— Мне и тусовка нравится, — рассмеялся Фьялар.

— Ты еще не понял, — Крис хлопнул его по плечу, — сегодня все здесь, потому что сегодня концерт Iron Maiden. Даже волки выползли из своего логова, чтобы услышать это. Тебе точно понравится. Обещаю.

Зазвонил телефон, и гном, внимательно разглядев присланную фотографию, достал из внутреннего кармана куртки расшитый рунами мешочек.

— Это то, что я думаю? – спросил Крис, недоверчиво разглядывая серый булыжник.

— Портальный Камень, — кивнул Фьялар, — универсальный ключ. Работает только на хозяина.

Он уже почти доверял Крису, но, все же, предпочел подстраховаться.

— Охренеть…

В арке вспыхнул голубоватый свет портала, и Фьялар с Крисом торопливо шагнули в темноту пустой кладовки, где хранились швабры и прочий хозяйственный инвентарь. Фьялар мгновенно подхватил камень, закрывая портал.

Джонс Бич Театр, находившийся на самом берегу Лонг-Айленда, вмещал пятнадцать тысяч зрителей. Амфитеатр с полукруглыми рядами скамеек под открытым небом был выстроен на твердой земле, но сама сцена и служебные помещения за ней уже находились в море, и с высоты задних рядов открывался чарующий вид. Впрочем, компания недолго любовалась морским пейзажем, антиалкогольная политика Театра не касалась ВИП-лож, находившихся у самой сцены, и вампиры, которых будоражил запах крови, сочли за лучшее расположиться в закрытых ложах, чтобы безобидное посещение концерта не превратилось в охоту.

Атмосфера накалялась. Фьялара со всех сторон обдавало горячими волнами нетерпения. У сцены истошно визжали юные фанатки, с трибун доносился звук хриплых мужских голосов. Моника, положив ноги в тяжелых ботинках на бордюр ложи, в нетерпении пристукивала кулаком по колену. Крис отхлебывал что-то из кожаной ковбойской фляги. Вторую флягу он протянул Фьялару.

— «Джек Дэниелс», смотри, не обожгись.

Фьялар пригубил крепчайший виски и довольно кивнул.

Сцена вспыхнула огнями, и музыканты вышли на сцену. С первых же секунд мощный звук трех гитар подхватил Фьялара, и понес за собой в недосягаемую высоту. Жесткий ритм барабанов бросил зрителей в неистовство. Голос Брюса Дикинсона звал за собой, словно боевой рог.

Баллады – для ночного отдыха на привале, в дальнем пути с добрыми друзьями. Блюз – тоска по девушке, угадавшей его Предназначение. Эта музыка и была его Предназначением, его сутью. Вечный бой. Свартальфхейм и Преисподняя, стычки на улицах Перекрестка и кровавая каша Джаханнама. Звонкая песнь Бен-Грефилля и сухой кашель Смит-Вессона.

— Троллью мать! – сказал Фьялар, переводя дыхание и прикладываясь к фляге, — грязную и мохнатую троллью мать бердышом через колено!

— Ты понял, — ухмыльнулся Крис, — я и не сомневался.

Фьялар бросил косой взгляд на стоявших в стороне оборотней. Их было семеро, все парни, крепкие и высокие, с хищными улыбками на узких лицах и горящими желто-зелеными глазами. Встретившись взглядом с гномом, один из них демонстративно облизнулся.