Книга Дар богов, страница 35 – Валентина Нурисламова

— Твой отец меня убьет… — обреченно выдохнул Ивар, покачав головой.

— Я совру, что мне это нравится. Тогда не убьет, — спокойно сказала Ангрбода.

— Соврешь? — на всякий случай уточнил он.

Она кивнула и подняла на него глаза:

— Мне нравится это ожерелье. Наденешь? — И она развернулась к Ивару спиной.

Он отвел вбок ее волосы, соединил крючок с петелькой на концах цепочки и не удержался — поцеловал Ангрбоду в основание шеи, туда, где, выделяясь сильнее других, торчал один из позвонков. Она склонила голову набок, сильнее открывая шею, и накрыла его руки, лежавшие на ее плечах, своими ладонями.

Спустя недолгое время Ивар с большим трудом заставил себя остановиться.

— Иди ко мне. — Взяв Ангрбоду за руки, он затащил ее на колесницу, усадил на колени и, ударив Слейпнира поводьями, пустил его рысцой и направил в сторону леса.

Ивар поправил свободную полу шерстяного плаща, которой была укрыта Ангрбода. Плащ он предусмотрительно захватил из дома, и они расстелили его в лесу, на поляне, покрытой мягким пушистым мхом, сквозь который там и тут пробивались кустики брусники. Среди мелких кожистых листьев уже виднелись бледно-розовые, похожие на маленькие колокольчики, цветки, а кое-где можно было уже разглядеть крохотную зеленую завязь. Ивар будет еще в Англии, когда брусника созреет…

— Мы отомстим за отца. Почтим его память кровью короля Эллы, который убил его, и кровью короля Эгберта, который приговорил его к смерти, — говорил он, глядя вверх, туда, где на фоне безоблачного голубого неба сходились макушки сосен.

— Все так и будет, — ответила Ангрбода. Она водила кончиками пальцев по его обнаженной груди, и это было щекотно и до невозможности приятно одновременно.

Слейпнир, довольно пофыркивая, ходил где-то неподалеку. Ангрбода распрягла его, когда они только приехали на эту поляну.

— Мы нанесем «кровавого орла» на спины обоих королей. А ребра Эгберта я сам разведу в стороны и буду наслаждаться, глядя, как он извивается от боли, истекает кровью и медленно умирает.

Ангрбода молчала.

— В походе на Англию я всем докажу, что я самый достойный из сынов Великого Рагнара Лодброка. Отец был убежден в этом. Он говорил, что будущее нашего народа связано именно со мной.

— Твой отец не ошибался, — сказала Ангрбода и коснулась губами груди Ивара — слева, там, где билось сердце.

Он приподнял ее лицо, взявшись пальцами за подбородок. Хотелось убедиться, что она говорит все это не просто так, чтобы поддержать разговор или сделать приятно. Ивару хотелось, чтобы она действительно верила в то, что он говорил. Верила в него. Но по ее вечно спокойным, подернутым дымкой голубым глазам понять что-либо было трудно. Все равно что смотреть в озерную гладь и пытаться прочесть свою судьбу в глубине воды, среди водорослей и шустрых мелких рыбех.

— Я хочу, чтобы ты отправилась в Англию вместе со мной, — на одном дыхании произнес Ивар.

Хельга была права: времени мало, и нельзя просчитаться. А Ивар все же просчитался. Ангрбода вернулась в Каттегат больше месяца назад, а насладиться ею можно было лишь одну неделю, последнюю перед походом — и та подходила к концу.

— Нет, Ивар, — Ангрбода покачала головой. — Это твоя месть. Твой поход. И твоя судьба — не моя.

— Но почему? — взвился Ивар. Он даже приподнялся, оперевшись на локоть. — Твоя мать не раз ходила в походы с твоим отцом. Многие женщины сопровождают своих мужчин, даже если не сражаются.