Книга Непокорная фрау Мельцер, страница 231 – Анне Якобс

Кристиан улыбнулся. Его уши при этом зашевелились, это выглядело смешно.

— Про долговую расписку. Я в курсе. Вот, у меня есть кое-что для вас. – Он достал из кармана скомканную бумажку и протянул ей. Потом заговорщически посмотрел на нее. – Она все время лежала на ковре передо мной, пока они меня допрашивали. Когда полицейский пошел в туалет, я быстро спрятал ее в карман.

Расписка! Смятая почти до неузнаваемости, но, несомненно, тот самый проклятый лист, который она подписала. Там была и дата – пятница, третье октября. И подпись: Йордан. Августа чуть было не бросилась юноше на шею.

— Ты хороший парень, Кристиан! Если хочешь, можешь начать работать у нас.

— Как же я рад, – улыбнулся он.

36

Элизабет зажмурила глаза и на мгновение задержала дыхание. Всякий раз, когда мальчик прикасался к груди в первый раз, ее правый сосок адски болел. Но позже становилось легче, она уже ничего не замечала, и это было просто прекрасно. Она посмотрела вниз на розовощекого малыша и ощутила глубокое чувство нежности. Как жадно он сосал! Малышу приходилось при этом напрягаться, бедняжке. Он уже стал красным и потным. Ранее, когда Роза принесла ей сына, он громко кричал – о, у него был сильный голос. Мама недавно с улыбкой сказала, что этот мальчик принес в дом больше жизни, чем все остальные дети вместе взятые. Лиза очень гордилась этими словами.

— О, боже мой! – воскликнула Китти, развалившись с вытянутыми ногами на светло-голубом диване и наблюдая за своей кормящей сестрой. – Какая замечательная картина плодородия. Можно я нарисую тебя, когда ты будешь кормить Иоганна грудью?

— Посмей только!

— Сфотографировать? А если просто небольшой набросок?

Лиза ограничилась тем, что бросила на сестру предостерегающий взгляд. Ох уж эта Китти с ее постоянными бредовыми идеями! Рисунок с обнаженной грудью на одной из выставок Китти! Возможно, даже с подписью: «Сестра художника, кормящая своего сына».

Как будто еще недостаточно сплетен и разговоров о семье Мельцер в Аугсбурге.

— Боже, Лиза, – стонала Китти. – Как ты старомодна! Нет, правда. Это такое милое зрелище. Такое… такое материнское. Ты так божественно выглядишь. Как собака, у которой только что родилось десять маленьких щенков.

Лиза знала свою младшую сестру с момента ее рождения, тем не менее Китти по-прежнему умудрялась ее раздражать. Она успокаивала себя тем, что Китти в кои-то веки завидует ей. Мама только что сказала, что малыш уже похож на своего дедушку. Да, на этот раз она, Лиза, которая всегда была пятым колесом в телеге, превзошла младшую сестру. Она родила мальчика. Кто знает, не станет ли ее сын в один прекрасный день во главе фабрики? Лео по крайней мере не подходил для этого, а будут ли у Пауля и Мари еще дети – написано на небесах.

Кстати, о Пауле и Мари.

— Что, собственно, происходит с Паулем и Мари? – неожиданно спросила она, доставая свежую марлевую пеленку, которую Роза положила на случай, если что-то пойдет не так. – Я не совсем поняла, Китти. Почему они вообще ссорятся? Они ведь любят друг друга, не так ли?

Китти закатила глаза к потолку и положила себе за спину еще одну шелковую подушку.

— Боже правый, Лиза! Это же так очевидно! Ты ведь часто разговаривала с Мари.

На самом деле с момента рождения маленького Иоганна она разговаривала с Мари по телефону всего два раза и то в основном о своих собственных проблемах. В целом, Мари могла прекрасно утешить, была умным, отзывчивым другом, но сама мало что рассказывала о себе.