Книга Хозяйка Мельцер-хауса, страница 54 – Анне Якобс

Он даже не повернулся к Оттилии Людерс.

— Заберите его.

— Но… вы же сами…

Все же раньше эта Людерс была более понятливой. Он пробормотал что-то себе под нос и распорядился направить невестку к нему, как только она появится в приемной. А кофе может выпить фройляйн Хофманн.

— Ваша невестка… Ах так… Ну конечно, господин директор.

Наконец до нее дошло. Сдержанная и тактичная Оттилия Людерс, для которой на первом месте всегда и во всем стояло благополучие ее шефа, удалилась с чашкой кофе в руках. Он был почти уверен, что сейчас она стояла у окна в приемной и знаками подзывала свою коллегу Хофманн к себе, чтобы поскорее обрисовать ей ситуацию. Мари конечно же она не могла увидеть, та уже исчезла из виду, войдя в здание правления. А работницы направились к фабричным воротам, где сторож выпустил их наружу.

— Господин директор?

Мари произнесла это веселым и немного ироничным тоном. Сейчас, войдя в его бюро, она называла его «господин директор». А на вилле она уже давно говорила ему «папа». Собственно говоря, это обращение он предложил ей после свадьбы скорее потому, что Алисия просила называть ее «мама». Ну не отставать же ему.

— Многоуважаемая невестка, – в тон ей ответил он, идя навстречу, чтобы помочь снять пальто. – Как сразу засияло мое скромное бюро.

Она развязала шелковый шарф и сняла шляпу, быстро провела рукой по волосам, заколотым в прическу, поправив один выбившийся локон. После прогулки на свежем воздухе щеки ее порозовели, а лицо приняло веселое энергичное выражение.

— Да тут так соблазнительно пахнет настоящим кофе.

Он ускользнул от ее намека, заметив, что секретарши, наверно, заварили себе по чашке.

— Садись же, Мари, – поспешил он сменить тему. – Присаживайся в кресло, давай поболтаем. Я очень рад, что ты пришла ко мне на фабрику. С детьми осталась Августа?

Они опустились на небольшие кресла для посетителей, и он узнал от Мари, что она решилась-таки взять кормилицу. Августе хватает хлопот со своими собственными детьми, поэтому она теперь будет приходить на виллу лишь на несколько часов, а вот Ханна оказалась хорошей няней, кроме того, совсем скоро на виллу вернется фройляйн Шмальцлер.

— Так-так…

Он перекинул ногу за ногу и попытался скрыть от невестки свое внутреннее торжество по поводу нового развития событий. Наконец-то эта упрямица образумилась!

— А значит, теперь у меня будет больше времени для семьи, – с улыбкой сказала Мари. – И для нужд фабрики.

— Так, так… – протянул он, хотя не совсем понял, что она имела в виду, говоря о фабрике. – Может быть, чашку кофе?

«Ага, – подумал он и ухмыльнулся. – Она наверняка что-то задумала и потому хочет видеть меня в хорошем настроении, ох уж эта хитрюга. Ну пусть так и будет. Я могу и послушать, это ничего не стоит».

Он позвал Хофман и заказал два кофе, очень крепкого.

— Тотчас же, господин директор. Может быть, и печенье?

Людерс испекла и принесла с собой овсяное печенье. Вообще-то очень милый жест с ее стороны, если, конечно, ее стряпня не окажется мерзкой на вкус.

— Было бы очень любезно, – согласился он.

Между тем Мари встала и прошлась по бюро. Она взглянула на настенные полки, где стояли папки с подписанными корешками, потом как бы ненароком подошла к его письменному столу и взяла в руки письмо, лежавшее на верху стопки бумаг. Это было извещение военного министерства с подтверждением двух «важных военных» заказов. Ремонт двух тысяч снарядных лотков и чистка восьмидесяти мешков с зарядными гильзами.