Книга Неуместные происшествия, или Переполох в Розингс Парке, страница 319 – Екатерина Юрьева, Ольга Болгова, Светлана Архипова

— МакФлай! — завопила почтенная леди, видя по лицу любезного своего супруга, что присутствие собаки в спальне может стать помехой ее счастью. — пошел вон, парши… негодник, уходи из комнаты!

Проявив удивительную прыть, почтенная дама собственноручно вытолкала разобиженного пса из спальни и резво поспешила в объятия своего суженого.

Но тут случилось непредвиденное. Генерал, еще не пришедший в себя после того, как вместо прекрасной леди Кэтрин обнаружил в ее постели наглого пса, пошатнулся под тяжестью и скоростью, с которой дама бросилась к нему в объятия, и рухнул на пол, увлекая за собой свою хрупкую фиалку.

— О! как вы нетерпеливы, мой дорогой супруг! — ахнула миледи.

— Мой… гррр-м… цветок, бутон, звезда… — прокряхтел Бридл, вставая на ноги и поднимая свою супругу. — Надеюсь, вы не ушиблись? Гррр-м…

Он взволнованно оглядел леди Кэтрин, убедился, что она в целости и сохранности, и воскликнул:

— Теперь уже ничто не помешает нам… о, моя прелестная фиалка! Гррр-м… Вы так прекрасны!

Леди Кэтрин залилась краской, как майский цветок, пытаясь расправить закрутившиеся вокруг ее пышных форм полы своего кокетливого ночного одеяния.

Генерал привлек даму своего сердца к своей груди, путаясь в многочисленных розовых кружевах ночного одеяния экзотического цветка, и попытался развязать какой-то бант, украшающий наряд леди, в надежде, что таким образом сумеет найти путь туда, куда так стремилась его измученная душа.

— Все драгоценности мира, родники и таинственные покровы… гррр-м… — ничто по сравнению с той всепоглощающей страстью, что сжигает мое сердце! — воскликнул он, увлекая на кровать свою супругу и не замечая, что дверь в спальню миледи приоткрылась, и на полу промелькнула чья-то тень.

Бридл зашвырнул в угол персидские туфли и уронил на ковер свой халат.

— Гррр-м, — блаженно прогудел он, обнимая свою фиалку.

— Гррр-мм… — раздалось из угла, куда упал генеральский шлепанец.

Миг блаженства был близок, розовая пена кружев полетела прочь, страсть кипела, как огромный медный чайник на плите в кухне Розингса. Странного звука, доносящегося из темного угла спальни, супруги не расслышали. Генерал, почувствовавший силы Геркулеса, самозабвенно кряхтел, приближаясь к наивысшему блаженству, которое дарила его дама сердца. Тень из угла приблизилась к кровати, ворчание, перерастая в грозное «грр-мм…гаф!» — слилось с победным воплем старого солдата, взявшего штурмом главный бастион своей жизни. Генерал, счастливо бормоча: «Фиалка моя… гррр-м… несравненная!..», откинулся на подушки и вдруг почувствовал, как чьи-то острые зубы впились ему в левую ногу выше колена.

— МакФлай?! — вскричал потрясенный генерал.

Нежная фиалка с удивительной для ее возраста и комплекции прытью выскользнула из крепких объятий своего рыцаря и бросилась к МакФлаю. Она схватила его за шиворот и, причитая громким шепотом: «О, мой генерал, пошла прочь, негодная собака», потащила наглого пса прочь из спальни. Бридл, чувствуя вполне понятную слабость и истому, закрыл глаза и мгновенно провалился в сон. Леди Кэтрин же, вышвырнув вон своего притихшего незадачливого защитника, бросилась к супругу и в ужасе увидела его распростертым без движения на кровати, с истекающей кровью ногой.

Первой ее мыслью было послать за мистером Бейтсом, но со второй мыслью она от этого отказалась, едва представив, какие слухи поползут по окрестностям, если слуги увидят, узнают…