Книга Незримые тени, страница 130 – Дея Нира

Окруженная стайкой подруг, сестра, без сомнения, превосходила их всех. И дело даже не в красоте или ее чудесном платье, хотя, несомненно, выглядела как снежная фея. Деметрий знал, что внутри нее горит яркое солнце – огромная звезда, спрятанная в глубинах ее существа, свет которой преображает и подпитывает ту силу, что делала Софию такой особенной. И теперь, когда этот свет снова обрел свою мощь, ей трудно было противостоять.

Именно поэтому гости смотрели на нее, следили за движениями, жестами. Часто даже непроизвольно, ловя ее взгляд, слушая, узнавая заново. От нее нельзя было отвести глаз, и Деметрий любовался бы ею долго, но в гостиную вошла его жена.

Она закончила трудиться на кухне и поручила Урсуле накрыть праздничный стол. Марина надела широкое платье желтого цвета, которое скрадывало очертания живота. Ее прежний низкий узел, в который она укладывала волосы, исчез. Вместо этого ее голову украшала затейливая прическа, собранная из нескольких кос. И пусть жена многократно уступала Софии в величии и красоте, но все же невольно обращала на себя внимание привлекательностью добродушного и спокойного лица.

Даже София почувствовала скрытую уверенность, что таилась в этой маленькой женщине. И она не могла не уважать ее за это, хотя и ощутила странное, необъяснимое чувство, которое назвала бы неприязнью.

София сделала шаг навстречу Марине и заключила в объятия, как обычно смеясь, ни на мгновение не выдав своих истинных чувств.

Марина аккуратно высвободилась из объятий Софии, выдав это за смущение, встала рядом с мужем, приглашая к праздничному столу. Дети, носившиеся с радостным смехом по коридорам, комнатам и залам, теперь устроились на полу у камина, поедая конфеты.

— А где Эрик? – спросил Деметрий, не увидев среди играющих детей племянника.

София чуть обернулась.

— С отцом. Приедут чуть позже. Возможно, покупают подарки.

Что-то в выражении ее глаз насторожило его, хотя она вовсю старалась смотреть открыто и весело. Деметрий замедлил шаг, коснувшись руки сестры. Она немного сжалась, но тоже пошла медленнее.

Ее пальцы вцепились в широкий браслет, чтобы потом начать крутить его вокруг кисти. Это нервное, внезапное движение выдало ее. Выражение лица окаменело.

— Антоний поехал к ней и взял ребенка с собой. Познакомиться. Понимаешь? Пока что с одним… Да и ей это сразу ни к чему… трое, вот это да! Трое чужих детей… Угораздило связаться с женатым. Бедняжка Ханна…

И снова этот смех, чуть более громкий, чем обычно.

— Понимаю, – нежно произнес он. – Это бы произошло в любом случае. И ты должна это понимать.

Она отчаянно закивала.

— Ты прав. Просто я… С трудом привыкаю к этой мысли. Антоний с ней, а мои дети… хотя я знала… знала…

София закрыла лицо руками на несколько секунд, но потом отбросила их и вновь засияла своей искрометной улыбкой.

— Ну, что я причитаю! Все ведь хорошо, правда? У нас праздник!

Она засмеялась, хотя и натянуто.

Эта улыбка словно приклеилась к ней.

— Прошу, садитесь к столу, – объявила Марина. Присутствующие с удовольствием подчинились.

Свет горящих свечей отражался сотнями искр и бликов от женских украшений, столового сервиза и стеклянных бокалов. Марина предложила прочесть молитву и произнести слова благодарности. Ее голос был тихим, очень спокойным, даже умиротворяющим.