Книга Незримые тени, страница 143 – Дея Нира

Как никогда.

Поесть удалось только на следующий день, когда аппетит вернулся к ней, а тошнота и головная боль прошли. Чистые листы лежали на кресле. Их укоряющая белизна напоминала о том, ради чего все затевалось. Тут должна появиться невыдуманная история.

Выйдя на улицу, Анна обнаружила, что людей стало гораздо меньше. Да и сама погода внезапно изменилась: исчезло чувство легкого тепла, что оставляет уходящее лето, передавая инициативу своей сестре осени.

Нужно закончить то, что она начала, и вернуться домой. Взваленное на себя бремя казалось непомерно тяжелым. То, что началось как интересное приключение, сейчас представлялось наказанием.

Дома ее ждут мама и Вереск. Привычный образ жизни.

Но подумав об этом, Анна испытала легкую дрожь. После пережитого и увиденного ей вдруг показалось, что она не станет больше жить так, как прежде.

Не хочет заглядывать за плотный занавес тайн и загадок.

Не хочет изматывающих видений.

Ничего.

От этих мыслей стало и страшно, и радостно.

Но что тогда ей делать?

Кто-то легонько коснулся ее. Обернувшись, девушка увидела Адама. Большой вязаный шарф в полоску укутывал его шею по самый нос.

Анна бы улыбнулась, но растерянный взгляд мальчика настораживал. Они поздоровались.

— Что случилось, Адам?

Он сглотнул. Испуг все сильнее проявлялся на его лице.

— Мне нужно рассказать вам кое-что.

Как можно спокойнее Анна произнесла:

— Разумеется. Я слушаю.

Мальчик глянул по сторонам и потупил взгляд.

— Не здесь.

Они неспешно пошли под шуршащей сенью деревьев, роняющих увядающую листву.

Магазинчики и кафе сверкали вымытыми витринами. Солнечные блики так и плясали на них. И тут, и там еще сидели приезжие, наслаждаясь утренним завтраком. Пахло свежей выпечкой, горячей сдобой, а бодрящий кофейный аромат витал от одного дома к другому.

— Хочешь чего-нибудь? – предложила Анна.

Мальчик подумал, но отказался. Не слишком хороший признак. Она заметила, что Адам нервничает, но попыталась еще раз.

— Мороженое? С ягодами и вафлями?

Искушение было огромным. Он даже облизнулся, но снова вздохнул и покачал головой.

— Что же такого ты хочешь рассказать, раз боишься? – спросила девушка.

Он сунул руки в карман. Чтобы расслышать ответ, ей пришлось наклониться чуть ниже.

— Я боюсь, что, когда скажу правду, вы рассердитесь.

Анна чуть замедлила шаг. И как можно более миролюбиво сказала:

— Обещаю, что не рассержусь. Ведь для любой правды нужна смелость. А ты, я уверена, очень смелый. К тому же я приложу все усилия, чтобы помочь тебе.

Мальчик глубже вжался в свой шарф и искоса глянул на собеседницу.

— Наверное, вы удивитесь, но помощь нужна не мне. А вам.

— Даже так? Я заинтригована, – девушка произнесла это шутливым тоном, но Адам и не думал улыбаться. Его глаза смотрели с грустью и тревогой.

— Я знаю, зачем вы приехали в наш город.

Рядом внезапно залаяла собака, и Анна вздрогнула. Но мальчик шикнул на нее, топнув ногой. Собака тявкнула еще раз, затем примирительно завиляла хвостом.

— Что бы ты сейчас ни рассказал мне, – сказала девушка, – давай договоримся о следующем. Перестань чувствовать себя виноватым, иначе выдаешь себя с головой. Представь, что рассказываешь мне нечто обычное, что не нужно скрывать. И повторяю, я не стану осуждать тебя. Итак?

Он кивнул, собираясь с мыслями.