Книга Незримые тени, страница 37 – Дея Нира

На лице девушки отразилось сомнение. Ей хотелось сказать, что обстановка совсем не та, но она промолчала. Она не была готова раскрывать свой интерес.

— Хотите что-то добавить? – поинтересовался Энцо. – Если нет, то следуйте за мной. Покажу нечто совершенно особенное.

Они миновали одну закрытую дверь и остановились в проеме следующей комнаты. Старик с видом заговорщика взмахнул руками.

— Вот и она! Святая святых! Попробуйте угадать, кто проводил здесь множество ночей?

Этой комнаты Анна не видела в своем сне. Должно быть, ее обставили позже. И тут она затаила дыхание, почувствовав знакомый жар и гулкую пульсацию во всем теле. Прямо перед ней возник силуэт юноши в дневном свете. Он сидел спиной к ней и что-то записывал в записную книжку. Затем он отложил ручку и оглянулся. Его лицо осветила улыбка. Он хотел что-то сказать, но тут все померкло: видение исчезло.

Девушка потрясенно смотрела на пустой стул и разложенные на столе предметы. Комната была снова необитаема.

— Деметрий! – имя одного из близнецов невольно сорвалось с ее губ.

— Что, простите? – экскурсовод поправил очки. – Вы сказали «Деметрий»? И вы совершенно правы, вот это да! Обратите внимание…

Он хохотнул и принялся описывать комнату, жестикулируя и увлекаясь рассказом все больше.

Девушка старательно пыталась слушать его, глядя на высокие стеллажи. На полках громоздились банки и пузыри, колбы всех размеров, трубки и шланги. С потолка свешивались чучело совы и летучей мыши. В одном углу стояло небольшое бюро с письменными принадлежностями, а в другом – узкая кровать. Керосиновая лампа и бронзовый подсвечник, потемневшие от времени, украшали подоконник.

— А теперь взгляните туда, в самый угол комнаты, уважаемая Анна.

На стене висела фотография молодого человека с взъерошенными короткими волосами. Рукава его светлой рубашки были закатаны до локтя, обнажая худощавые руки. На нем был кожаный фартук в пятнах и разводах, вероятно, от химических веществ. Девушка узнала его сразу, хотя видела только маленьким мальчиком.

— Представляю вашему вниманию главного героя нашей программы, – торжественно произнес Энцо. – Деметрий собственной персоной, наш темный маг и чародей. И поверьте: большая часть этих вещей принадлежала именно ему – властителю дум и грез доброй половины женского населения Белого Маяка.

— Как? – вырвалось у нее. – Нет, не может быть.

Экскурсовод неверно истолковал ее восклицание.

— О, да. Этот милый паренек на фото с грустными глазами никак не вяжется с образом чудовища, верно?

Анна не стала его разубеждать, хотя думала иначе.

— Вы правы.

Она закусила дрожащую губу. Энцо продолжил:

— А ведь так и не скажешь, что он водился с дьяволом? Насколько же обманчивой способна быть внешность. Он так похож на молодого ученого, который еще горит жаждой открытий и мечтает о том, чтобы спасти мир. Но только наш Деметрий вовсе не спасал мир. Он ввергал его в хаос и смятение.

— Вы сказали, что он был властителем дум женской половины Белого Маяка.

— Именно. Но я имел в виду несколько иное.

— Поясните, пожалуйста.

— Охотно. Думаю, что женщины находили его привлекательным. Многие искали у Деметрия, скажем так, покровительства. Они рассказывали ему свои секреты. Судя по всему, наш Деметрий получил превосходное медицинское образование, хотя подтверждения этому не нашли. Надо сказать, у него неплохо получалось совмещать профессию психолога, врача и священника. Он знал все и обо всех в этом городке. Некоторые мужчины, говорят, тоже приходили к нему тайно. Простого врача стали называть Черным колдуном. К нему бежали, когда не было никакой надежды.