Книга Дражайший плут, страница 19 – Элизабет Хойт

Она склонила голову набок, размышляя, потом спросила:

— Вам нравилась служба?

— Миледи?

О-о, кажется, капитан насторожился, пусть и самую малость? Это уже интересно! Почему она никогда раньше не задавала ему подобных вопросов?

— Служить драгуном, командовать людьми — ведь вы были капитаном, и у вас под командованием было много людей…

— В моем распоряжении было от двадцати до пятидесяти человек, в зависимости от выполняемой задачи.

А теперь он вынужден возиться с ней одной. Вдруг она осознала, как низко, по его представлениям, он пал в этой жизни!

Капитан, однако, продолжил:

— Я выполнял приказы моего короля.

На мгновение она решила, что больше он ничего не скажет о своих военных буднях, но он немного смягчился:

— Много лет мы охотились на контрабандистов по всему побережью, но потом мой полк перебросили в Лондон, чтобы выслеживать и ловить тех, кто занимался контрабандой джина, и прочих злоумышленников.

— Правда? — Феба нахмурилась, вдруг осознав, как мало знает об этом человеке. Боже правый! Она провела полгода, день за днем, в обществе капитана Тревельона, но не задала ни единого вопроса о его прошлом. Ей вдруг стало очень стыдно, и она немного подалась вперед, намереваясь загладить вину. — Очень своеобразный район для патрулирования.

— Да, — ответил он сухо, — но потом мы получили особый приказ — от одного из важных членов парламента.

— От… не от моего же брата?

— Именно от него, миледи.

— Значит, вы давно знаете Максимуса?

— Мы с его светлостью знакомы больше четырех лет.

— Я и не знала, что вы… друзья.

Заминка была недолгой, но красноречивой.

— Я бы не назвал так… наши отношения, миледи.

— Как? Дружбой? — уточнила Феба. — Уверяю, капитан, что не стала бы думать о вас хуже, поддайся вы такой слабости, как дружба.

— Миледи, ваш брат — герцог.

— Да, но он сморкается и справляет другие физиологические потребности, как все прочие люди.

— А я всего лишь бывший драгун из… — продолжил было капитан, но внезапно замолчал. Феба наклонилась вперед, сгорая от любопытства.

— Откуда же, капитан?

— Из Корнуолла, миледи. Но я вижу, что мы уже подъехали к приюту.

В этот момент карета, содрогнувшись всем корпусом, остановилась.

— Не думайте, что наш разговор окончен, — любезно сказала Феба, прежде чем покинуть карету. — У меня к вам много вопросов, капитан Тревельон!

Когда дверца кареты распахнулась, она услышала беспомощный вздох своего защитника и улыбнулась. Ей очень нравилось смущать этого стоика, драгунского капитана, однако она невольно задумалась: откуда эта заминка после вопроса о происхождении?

На первый взгляд детский приют был слишком неказист, чтобы послужить пропуском в высшее общество. Эва Динвуди вышла из кареты с помощью лакея, Жана-Мари Пепина, и оглядела улицу.

Дом стоял в самом сердце квартала Сент-Джайлз, в переулке, слишком узком, чтобы могли разъехаться две кареты: им пришлось останавливаться в дальнем конце переулка. Даже при свете дня крайняя нищета нависала над кварталом как мрачное облако. Попрошайка в лохмотьях, такой убогий, что было невозможно определить, мужчина это или женщина, сидел на углу, тяжело привалившись к стене. На другой стороне улицы шла, шаркая ногами, женщина с опущенной головой и спиной, сгорбленной под тяжестью огромной корзины с крышкой, в то время как одинокий ребенок, практически голый, стоял и с любопытством пялился на роскошную карету.