Книга Очаровательный повеса, страница 75 – Элизабет Хойт

Аса выглядел сильно разочарованным и посмотрел на кучера и лакеев. Те вроде бы не пострадали, только сильно испугались.

Он вернулся в экипаж, уселся на свое место и скомандовал:

— Поехали отсюда.

Эва, казалось, даже не пошевелилась: скорчившись в углу – лицо белое, глаза закрыты, – так и сидела, словно происходящее ее никоим образом не касалось.

Аса встревожился:

— Эва?

Она вздрогнула, открыла глаза, но, похоже, не понимала, где она и что с ней.

Аса поднялся и хотел взять ее за руку, но она завизжала:

— Не прикасайся ко мне!

Он стиснул зубы и отвел глаза, несколько уязвленный ее реакцией.

— Значит, ты теперь меня ненавидишь?

— Нет. – Она покачала головой. – Конечно, нет.

— Но ты не позволяешь к тебе прикоснуться.

Она отвела взгляд в сторону.

— Не только тебе – вообще ни одному мужчине.

— А разве мы с тобой не друзья? Разве я хоть немного не стал тебе ближе?

Конечно, он не должен давить на нее, тем более сейчас, когда она в шоке и все еще дрожит, но остановиться не мог.

Этот ее страх раздражал, выводил из себя. Хотелось как следует ее встряхнуть, привести в чувство.

— Нет… я… ты был так разгневан…

— Я защищал тебя! – Сообразив, что кричит, Аса поморщился.

— Не надо было…

Он повернулся, не прикасаясь к ней – только не это! – и отчеканил:

— Я буду защищать тебя любыми доступными средствами, но если этого потребует твоя безопасность, то и убью.

Странно, но его слова успокоили Эву, и она тихо сказала:

— Разумом я понимаю, что ты не мог поступить иначе, но это было жестоко… – Она обхватила себя руками. – Я очень испугалась. Этот страх… я не могу преодолеть его, он сильнее меня.

У Асы создалось впечатление, что она недовольна собой, сама на себя злится, и он пошел на попятную.

— Ладно, пока можешь сторониться меня, соблюдать дистанцию и дрожать от страха, но учти, Эва, я не позволю, чтобы это длилось вечно.

Она взглянула на него, явно не понимая, о чем он.

— Что ты намерен предпринять?

— Прикоснуться к тебе, разумеется… когда-нибудь. Я буду трогать тебя везде, Эва, и, что самое главное, ты будешь этим наслаждаться.

Аса говорил очень тихо, а последние слова едва ли не проворковал и тут же почувствовал, как в паху опять стало тесно при одной только мысли, что она позволит ему прикасаться к ней.

Она смотрела на него словно завороженная. Ее прелестные розовые губки до сих пор дрожали, а когда она открыла рот, чтобы заговорить, ему пришлось сделать над собой усилие, чтобы отвести взгляд.

— Но ты должен пообещать не прикасаться ко мне без моего разрешения.

— Конечно, – сказал Аса. – И поверь, Эва Динвуди, потом ты будешь умолять, чтобы потрогал тебя, и никогда не будешь этого бояться.

Экипаж остановился. Они подъехали к ее дому.

Аса спрыгнул на мостовую, опустил для нее ступеньку, протянул руку, чтобы помочь спуститься, и только тут опомнился.

Проклятье!

Эва уже стояла в дверях экипажа, и он решил, что она просто сделает вид, будто не заметила его руку. Она явно подумала о том же, но вдруг выпрямилась и, собравшись с духом, посмотрела ему в глаза и храбро положила свою ладонь на его протянутую руку. Прикосновение кожи к коже было куда интимнее поцелуя, и Аса, с трудом подавив дрожь, помог ей спуститься на мостовую.

— Спасибо, – сказала она хрипло.

Аса поклонился.