Книга Джейк, страница 102 – Лей Гринвуд

— Разберется, — Джейк взял Изабель за руку и повел за собой.

— Отпустите меня, — она пыталась вырваться. — Я еще не сказала, что хотела.

— Мы оба сказали все, что могли, — Джейк заставил ее идти впереди него.

Изабель была в бешенстве. Всякий раз, когда ей кажется, что Джейк — как раз тот человек, кто нужен мальчикам, — он делает что-то неподобающее. Очевидно, его совершенно не волнует их моральный облик. Он находит их в стельку пьяных и не говорит ни слова осуждения. Больше того, не собирается наказывать. Это невыносимо. Она не может с этим примириться.

— Вы намерены добавить что-нибудь еще? — требовательно спросила она, когда дошли до места, достаточно ровного, чтобы перестать думать, куда поставить ногу.

— Что я должен сказать?

— Это очевидно.

— Не для меня.

— Можете начать с того, что это плохо.

— Вы им этого еще не говорили?

— Конечно, говорила.

— Ну, значит, они это и так знают.

— Но напились!

— Но не потому, что не знают. Знают, что плохо, и все равно сделали.

— Это еще хуже!

— Возможно.

Девушка остановилась и повернулась к нему лицом.

— Возможно?! И это все, что вы намерены сказать?

— Кажется, да.

Изабель резко отвернулась и пошла к лагерю.

— Никогда не думала, что вы не скажете ни слова, если мальчики сделают что-нибудь столь глупое и опасное.

— А вы никогда не делали ничего, о чем хорошо знали, что это глупо и опасно?

— Нет.

— Вы привезли ребят сюда.

— Это опасно, но не глупо.

— Собирались отдать их фермерам.

— Я не знала, каковы они. Но если бы знала, это было бы бессердечно и бесчеловечно, но не глупо.

— О'кей, но все, что я могу сказать, мальчики уже знают. Они, вероятно, давно нашли виски.

— В первый же день. Я использовала его, чтобы обработать раны Бака.

— Тогда еще лучше.

— Что вы хотите сказать?

— Знали о нем неделю, но не тронули, пока не наступил кризис. Они испугались, не знали, что делать, поэтому напились.

— Это бесполезно.

— Конечно, но когда напились, перестали бояться. Нас не было, чтобы помочь, поэтому они сделали лучшее, что могли.

Своеобразная точка зрения. Изабель никогда не подумала бы об этом.

— Это образец мужской логики. Но факт остается фактом, они поступили дурно и должны быть наказаны, чтобы не сделали подобного опять.

— Не волнуйтесь, они будут наказаны. Не думаю, чтобы кому-то вновь захотелось виски.

— Что вы собираетесь делать?

— Увидите.

Трудно спорить с Джейком, когда он сзади, и Изабель приходилось смотреть себе под ноги, чтобы не упасть в очередную яму. Это похоже на него — загнать туда, где она не может сосредоточиться, и попытаться заставить уступить. Но она не сдастся так легко.

— Не могу с этим смириться.

— О'кей, поступайте, как хотите, но помните о двух вещах.

— Каких?

— Это первая свобода, которую ребята узнали за долгое время. Они обязательно сделали бы что-то, о чем пожалеют. Нет смысла преподавать урок, который они уже выучили.

— Что второе?

— Эти парни — не дети. Они уже почти взрослые и примут только легкое руководство, и все. Если я позволю им самостоятельно научиться на чем-то малом, может быть, они прислушаются ко мне в большем. Если я надавлю на них, они никогда не станут слушать ничего.

— Это все, что вы намерены сделать? — Да.

Она смотрела на него, такого высокого и сильного, уверенного в себе. Может быть, Джейк прав. Что Изабель знает о мальчиках или мужчинах? Она ошибалась в Джейке на каждом шагу. И сейчас, даже думая, что он совершает ужасную ошибку, главная мысль — о желании снова быть в его объятиях.