Книга Айрис, страница 153 – Лей Гринвуд

«Однако ты и сейчас думаешь только о себе, – нашептывал девушке внутренний голос, – а он по-прежнему переживает за тебя, защищает тебя».

— Монти, оставь меня, я сама доберусь до Вайоминга, – сказала Айрис сквозь слезы. – Я доставлю тебе одни неприятности.

— Я решил, ты хочешь вернуться в Сан-Луис. Девушка смутилась. Она уже и думать забыла о Сан-Луисе и о своей клятве вернуться туда.

— Да, хотела. Я хотела доказать всем, что я не хуже других.

Айрис вспомнила об Энн и Джейн, Ллойде, Томе и Келвине, всех тех, чьим мнением она так дорожила еще девять месяцев назад. Они бы, конечно, не одобрили ее решение отправиться в Вайоминг со стадом, как не одобрили бы ее отношений с Монти. И все же даже если бы у нее сейчас был выбор, она все равно поступила бы так же.

— Нет, меня больше не прельщает такая перспектива. Сразу после того, как ты подслушал наш разговор с Карлосом, я поняла, что не хочу возвращаться туда. А теперь тем более. В Сан-Луисе никто из моих прежних знакомых не будет со мной даже здороваться, как только люди узнают, кто мой настоящий отец.

— Это неважно.

— Важно!

— Я хотел сказать, что это неважно для меня. Айрис хотелось бы верить Монти, но ведь он никогда не жил в городе. Он не знает, как страшно мнение общества и соседей. И Монти просто не осознавал, что в светском обществе отношение к человеку определяется его происхождением. Монти даже не представлял себе, что быть внебрачным ребенком так же ужасно, как быть проституткой.

— Возможно, это неважно для тебя сейчас, когда мы в дикой прерии, – возразила девушка. – Но, уверена, что твоя семья думает иначе. Да и ты будешь думать иначе, если это коснется твоей будущей жены или детей.

— Ты должна помнить одну особенность, которая отличает Рандольфов от всех других людей…

Они спустились в лощину между двумя холмами. Невдалеке темнели заросли кустарника. Чуть поодаль на дне лощины виднелся небольшой водоем, обрамленный деревьями. Монти, видимо, хотел остановиться здесь и переночевать, чтобы не возвращаться в темноте к стаду. Айрис даже днем не смогла бы, должно быть, найти обратную дорогу – все в прерии казалось ей однообразным.

— Мы, Рандольфы, никогда не интересовались и не интересуемся мнением других, – продолжал говорить Монти. – Джордж женился на Розе, хотя ее отец сражался на стороне янки, и мы все хотели, чтобы брат расстался с этой женщиной. Мэдисон женился на Ферн, несмотря на то, что понимал, что из-за нее он не сможет вернуться в Бостон. – А ты?

— А я вообще всегда посылаю всех к черту, еще с тех пор, как научился говорить.

Сумерки сгущались. Небо над головой всадников покрылось розоватыми и сиреневато-пурпурными полосами заката, день угасал. До путников доносился слабый плеск воды от родника, который струился по дну ложбины, прокладывая себе путь через заросли травы и превращаясь в ручей. То тут, то там раздавался щебет потревоженной птицы. Тишину вечера лишь едва нарушал легкий шелест листвы.

Айрис, погруженная в тревожные размышления, облокотилась на согнутую руку Монти. Он говорит, что его не волнует мнение людей, думала девушка. Но рано или поздно все изменится, и ему придется считаться с тем, что думают окружающие. Да, было бы хорошо отгородиться от всего света! Впервые после ночи в вигваме Айрис, находясь рядом с Монти, почувствовала себя в безопасности.