Книга Айрис, страница 41 – Лей Гринвуд

Рандольф небрежно отшвырнул от себя парня, как обычно отбрасывают огрызок от яблока.

— Собирай свои шмотки и убирайся. Если ты еще будешь здесь, когда я приеду в следующий раз, тебе уже не придется ни о чем беспокоиться.

Ковбой повернулся к Айрис, как бы ища защиты, но девушка все еще была поглощена мыслями о чудесном спасении. В этот момент в лагерь вне себя от ярости ворвался Фрэнк.

— Вы понимаете, что чуть не вызвали панику среди скота? – набросился он на Монти. – Что, черт побери, вы делаете в нашем лагере? – требовательно спросил он, оглядывая разрушенную стоянку. – Я уже предупреждал, чтобы вы держались подальше. Но сейчас, кажется, пришло время последнего напоминания. – Фрэнк поднял ружье. – Убирайтесь, или вас вынесут вперед ногами.

— Этот негодяй пытался избить меня, – вставил помощник. – Просто набросился на меня, велел собрать вещи и убираться.

Фрэнк направил ружье на Монти.

— Да ты просто не знаешь, как остановиться, не так ли?

— Ну что ж, давай, попробуй нажать на курок, – бесстрашно сказал Монти. – Но прежде, чем я умру, я убью тебя голыми руками.

Айрис не верила своим глазам: все происходило с неслыханной скоростью. Совсем недавно ее преследовала дюжина коров. Секунд тридцать спустя, она обрела покой и безопасность в объятиях любимого человека. А теперь прямо на ее глазах Фрэнк и Монти собирались начать перестрелку. События развертывались с потрясающей жестокостью.

Айрис собрала остатки сил и мужества. В конце концов это ее лагерь и ее люди. И только она имеет право отдавать приказы. Кроме того, она опять виновата, что Фрэнк и Монти схлестнулись. Она действительно заслуживает справедливых обвинений молодого человека. И потому обязана положить конец безобразной сцене; пока никто не пострадал.

— Опусти ружье, Фрэнк, – решительно произнесла девушка, стараясь придать голосу хладнокровие. – В моем лагере не нужна стрельба.

— Я просто собираюсь избавиться от этого койота, – ответил управляющий. Ружье не шевельнулось.

— Опусти ружье. Или я расстанусь с тобой прямо сейчас, и ты вынужден будешь убраться восвояси.

Айрис сама почувствовала в собственном голосе необыкновенную властность и уверенность, чего не замечала раньше. Новые нотки заставили и Фрэнка повернуться в седле и посмотреть на хозяйку.

— Да, ты правильно понял. Опусти ружье. Или будешь избит.

— Он, что ли, это сделает?

— Да. Но ты не выстрелишь. Это я чуть не вызвала панику в стаде. И если бы не Монти, ты бы сейчас собирал мои останки. – Девушка многозначительно посмотрела на мужчин. Они прятали глаза, стараясь избежать ее взгляда.

Монти стал объяснять.

— Я поскакал к лагерю, чтобы ваши ребята спасли нас от преследования. Одна из ваших коров явно была намерена наброситься на что-нибудь или кого-нибудь. А я не хотел, чтобы этим чем-то или кем-то был я. А этого сукина сына я ударил за то, что он позволил Айрис без лошади ночью отправиться искать тебя. Любой дурак знает первую заповедь человека, находящегося рядом с полудиким скотом: никогда и никуда не ходить пешком.

Только теперь Айрис вспомнила, что и ее отец когда-то говорил то же самое.

— Но это все равно не дает вам права избивать моих помощников, – возмутился Фрэнк, – вы…

— Если бы Монти не ударил его, это сделала бы я, – сказала Айрис.