Книга Лорел, страница 179 – Лей Гринвуд

Адам в нерешительности посмотрел на неподвижно застывшего шерифа.

— Ты не можешь его застрелить. Он любит тебя. Несмотря на то, что и ты, и я обидели его и были к нему несправедливы, он любит нас обоих. Такое редко бывает.

— Но дедушка сказал, что если ты выйдешь за него замуж, то перестанешь меня любить. И сказал еще, что я должен застрелить его.

Хен в изумлении наблюдал, как Лорел подошла и встала между ними, загородив его своим телом от пистолета.

— Я не собираюсь ни за кого выходить замуж. Все будет так, как прежде, и мы снова останемся вдвоем: только ты и я.

— Значит, шериф говорил правду?

— Да.

Мальчик помолчал и добавил:

— И папа был плохим?

— Да, Адам.

Внезапно лицо ребенка исказила гримаса боли.

— Я ненавижу тебя! — выкрикнул он. — Я ненавижу тебя! — И, бросив пистолет, выбежал из конторы.

Едва пистолет коснулся пола, как в комнате раздался оглушительный звук выстрела. Пуля пролетела над столом всего в нескольких дюймах от стоящего на коленях Хена и вонзилась в стену, осыпав комнату фонтаном щепок. Не успело эхо выстрела замереть, как Хен вскочил на ноги и заключил Лорел в объятия.

— С тобой все в порядке? — спросил Хен, крепко прижимая ее к груди.

Она немного отстранилась и заглянула ему в глаза:

— Это я виновата. Я должна была предвидеть, что может произойти беда. Но я была так поглощена своими переживаниями, что…

Она запнулась и замолчала, но Хен и без слов понял, что она хотела сказать.

— Спасибо, огромное спасибо за то, что ты поговорил с ним, — продолжила она. — И за то, что сказал все ему. Я бы так не смогла.

— Все в порядке.

— Я искренне сожалею о том, что лгала сыну. Но я хотела сделать как лучше. И собиралась открыть правду, когда Адам повзрослеет. Но теперь вижу, что ложь — даже во имя добра — не способна помочь.

— Лорел!

— Не говори ничего.

— Но ты еще не знаешь, что я хочу сказать.

— И не хочу знать. Не нужно. Слишком поздно и бесполезно. Через несколько дней мы с Адамом покинем Сикамор Флате. Мне следовало уехать подальше от здешних мест еще несколько лет тому назад.

— Неужели мы больше никогда не встретимся?

— Зачем бередить душу?

Хен шагнул к Лорел, но она отступила назад. Ее била нервная дрожь.

— Пожалуйста, не мучай меня. Когда ты прикасаешься ко мне, я теряю способность мыслить. И даже сейчас. Пойми: когда ты так смотришь на меня — сердце разрывается на части.

— Я люблю тебя. Как же еще я могу смотреть на тебя?

— Конечно, Адам больше не будет пытаться убивать тебя. Но он тебя ненавидит, — продолжала она, избегая ответа на его вопрос. — Разве я могу выйти за тебя замуж, зная это?

— Но я люблю тебя.

— Мой святой долг — в первую очередь думать об Адаме.

— А как же я?

Внезапно дверь в контору настежь распахнулась и в комнату с пистолетом в руке ворвался встревоженный Монти. За его спиной показались Джордж и Тайлер.

— Что случилось? — требовательно спросил Монти и подозрительно покосился на царапину на столе. — Мы слышали выстрел.

— Адам выстрелил из пистолета Хена, — пояснила Лорел.

— Случайно, — добавил Хен.

— Ты что, совсем рехнулся? Разрешаешь шестилетнему ребенку играть с заряженными пистолетами? — возмутился Монти. — Ты переполошил добрую половину города. Решив, что нагрянули Блакторны, одни уже, наверное, схватились за оружие, а другие попрятались от греха подальше.