Книга Лорел, страница 54 – Лей Гринвуд

Лорел от души рассмеялась.

Как жаль, что они с Адамом не могут остаться в каньоне навсегда! Воображение рисовало идиллическую картину безоблачной и счастливой жизни. Но Лорел пришлось спуститься с небес — у Адама должна быть своя жизнь. Он должен увидеть мир и найти свое место. А вот ей, видно, суждено до конца дней оставаться здесь. А если бы Хен предложил уйти с ним?

Как такая глупость могла прийти в голову! Хену Рандольфу она не пара — у них нет ничего общего.

Добравшись, наконец, до поляны, она увидела Адама. Занимаясь с Санди, мальчик старался в точности выполнить все наставления шерифа, хотя в его отсутствие дела продвигались не так успешно. Адам повел лошадь к матери.

— Он не позволяет сесть на спину.

— Может, лучше подождать, пока ты подрастешь? — осторожно спросила Лорел.

— Нет, я хочу показать шерифу, что у меня хорошо получается. — Адам позвал лошадь к огромному камню. — Подержи Санди, пока я заберусь ему на спину.

Лорел взяла лошадь за уздечку.

— Когда ты подрастешь, тебе будет гораздо легче.

— Но я уже не маленький. Шериф сказал, что я должен уметь ездить верхом.

— Шериф ничего не понимает, — нахмурилась мать.

— Зато, он хорошо разбирается в лошадях.

Мальчик с трудом взбирался на спину Санди. Настойчивость и мужество сына вызывали гордость. Но ее тревожило, что Хен потеснил ее в сердце Адама.

— Тебе нужно седло, — заметила Лорел, когда мальчик, наконец, уселся и вцепился руками в гриву лошади.

— Шериф обещал подарить мне седло. Но он сказал, что каждый мальчик должен уметь ездить верхом и без седла. Отпускай Санди.

— Но ты еще не умеешь управлять лошадью, — встревожилась Лорел.

— А шериф сказал, что для того, чтобы управлять лошадью, нужно лишь время от времени сжимать коленями ее бока.

— Но даже для этого ты слишком мал.

— Шериф сказал…

— Ну все, с меня достаточно. Мне надоело выслушивать, что сказал шериф, — взорвалась женщина. — Я категорически запрещаю тебе садиться на лошадь без седла.

— Но я хочу показать шерифу, как хорошо у меня получается. Он обещал скоро вернуться и посмотреть на меня.

Все, больше откладывать нельзя, иначе будет поздно. Она все должна объяснить Адаму сейчас. Чем раньше он узнает, тем легче переживет боль разочарования. Все снова станет на свои места, и жизнь вернется в прежнее, привычное и спокойное русло.

— Он не вернется.

— Шериф дал слово. Он обещал. Он сказал…

— Я попросила его не приходить больше.

Долю секунды Адам, не мигая, смотрел на мать.

— Почему? — Это был отчаянный крик израненной детской души, крик тоски по тому, что мальчик нашел в Хене Рандольфе.

— Он — плохой человек. Он…

— Нет! Он хороший! — закричал Адам. — Хороший! Хороший!

— Но он убийца. Он стреляет в людей.

Мальчик захлебывался слезами.

— Ну и что!

Он упрямо повторял эти слова, крутил головой из стороны в сторону.

— Ну и что! Ну и что! Ну и что! По щекам струились слезы.

— Я не хочу, чтобы ты общался с такими опасными людьми. Не могу допустить, чтобы ты считал, что оружие…

— Меня не интересует оружие, — закричал Адам. — Мне нравится шериф. Он добрый и хороший. Ты не имела права прогонять его.

Адам выпустил из рук гриву Санди и соскользнул со спины лошади. Неуклюже упав на землю, он быстро вскочил на ноги и, спотыкаясь, бросился бежать.