Книга Пророчество Гийома Завоевателя, страница 75 – Виктор Бушмин

— Так, стоп. Я уже запутался! Пьяченца, младшие дети, Иерусалим! Говори короче, что нам надо делать, чтобы выпутаться из этой ситуации. – Нервно перебил его король.

— Есть у нас один, своеобразного склада и ума, проповедник в Пикардии, а это, слава богу, наша провинция. Петр Отшельник его зовут. Он, кстати, уже побывал паломником, и имеет на руках слезное письмо от патриарха Святой Земли Симона о необходимости военного освобождения Гроба Господня. Пусть приезжает папа Урбан, а мы уж позаботимся о том, чтобы все пошло не по римскому, а по нашему сценарию.

— Молодец, действуй. Что бы я делал без тебя, дорогой мой Мишель. – Настроение короля Филиппа заметно улучшилось. – Только боюсь и жалею об одном, что ты у меня не вечен, кто будет так помогать сыну моему?

— Монах Сугерий, вы его знаете. Предан Франции и короне, видит только один выход для достижения величия страны – это ее объединение под сенью наследственного короля, а не выборных проходимцев, как добился папа в Германии, кстати, нам на пользу. Иначе давно бы скушали нас германцы и не подавились.

— Вот и прекрасно…. Если у тебя удастся все эти «ухищрения» – озолочу! Слово!..

Мишель де Немур поклонился, едва заметно улыбнувшись. Ему нравилось поведение и настроение короля, который снова «собрался», пришел в себя после долгой любовной горячки с Бертрадой, который снова стал похож на себя в молодости, – резкого, резвого и славившегося своими трезвыми и реальными взглядами на проблемы.

Филипп оторвал глаза от какого-то пергамента, который лежал прямо перед ним, поднял глаза, и спросил:

— Скажи мне, Мишель, почему ты, зная о проблеме, возникшей у королевства с Римом, сразу же не известил меня?

— Все очень просто, сир! Мне необходимо было время, чтобы, как следует, все взвесить, просчитать все возможные варианты, найти, как мне кажется, наиболее верный способ их решения. Вот, в сущности, и всё, сир…

Филипп повел бровями, как бы соглашаясь с ходом рассуждений своего верного министра. Он отложил пергамент, встал. Постояв так с минуту, Филипп произнес:

— Именно так. Мишель! Я не вечен. Тучи слишком уж «потемнели» над моей головой. Пора уже начинать задумываться о преемнике. Подготовь мне Сугерия, этого монаха…. Он должен стать для моего сына тобой!

В это время в помещение, где заседал экстренный королевский совет, вошел герольд и громко произнес:

— Сир! Его королевское величество Гильом изволил прислать к Вашему величеству посланника с весьма срочным и крайне деликатным известием!

Весь совет пришел в возбуждение. Король также заинтересовался этой новостью.

— Неужели – война? – Удивленно произнес Мишель де Немур. Он нахмурился, словно что-то снова и снова пересчитывал в своей голове, поднял глаза на короля и сказал:

— Нет. Не война. Здесь, сир, что-то другое…

Филипп равнодушно скривился в его сторону:

— А вот мы сейчас и узнаем. – Король обратился к своему герольду. – Пригласите мессира посланника короля Англии. Мы желаем выслушать его немедленно!

В зале совета повисло напряженное молчание. Лица у всех присутствующих напряглись. Как ни старались многие из собравшихся советников изобразить спокойствие, неуверенность обстановки делала свое. Вошел посланник английского короля. К всеобщему удивлению собравшихся сеньоров это был… сам Ранульф Фламбар! Первый министр короля Гильома Рыжего!