Онлайн книга «Проклятие Гийома Завоевателя»
|
— Теперь точно не вернется… – Антуан вытер слезу. – Теперь уже точно… — Да не переживайте Вы так сильно! Гуго молодец, он не пропадет! Женится там, детишек заведет! Будет много славных «Сент-Омерчиков» в Палестине! А что другой племянник, Шарль? — Шарля я, конечно, люблю, но не так, как Гуго. Шарль ведь старший сын, ему все и так бы досталось… А Гуго… Он, как и я, младший в семье! Да и похож он на меня, как две капли воды… Годфруа искренне пожалел старого рыцаря. Он уважал Антуана и понимал его одиночество. — Мессир Антуан! А вы берите, да и переезжайте ко мне жить! Места у меня много, всем хватит! А добрый учитель никогда не помешает. Бог даст, Вы еще и деток моих погоняете прутом! — Эх, малыш! Да разве я доживу… — А вот этого не надо! Дай бог Вам дожить до ста лет, мессир Антуан! Я лично попрошу принца Людовика, чтобы он отпустил Вас ко мне, если Вы пожелаете! Вам уже ведь скоро шестьдесят исполнится, срок окончания службы для рыцаря. Вот и приезжайте ко мне! — К тебе… – задумчиво произнес Антуан. – Спасибо, Годфруа. Я подумаю… Детишек, говоришь, прутиком погонять… – и он засмеялся. – Спасибо тебе за добрые слова, обязательно приеду. А пока прости меня, много дел, к тому же неотложных. Мессир Антуан думал, было, уже уходить, когда вспомнил еще кое-что: — Ты, даже не представляешь себе, Годфруа! Старший сын Шарля, кстати, твой тёзка, его зовут Годфруа, уехал к своему дяде Гуго в Палестину! Вот, уж чего не ожидал! Он ведь такой добрый и набожный ребенок! А, тут, на тебе! Старик поклонился и направился к домику Сугерия. Годфруа молча смотрел ему вслед, словно стараясь запомнить каждый его шаг. Сердце молодого де Леви вдруг сжалось, словно оно испугалось того, что эта встреча может оказаться последней. Годфруа мотнул головой, прогоняя от себя эти мысли, улыбнулся и направился к своим воинам, успевшим уехать в лагерь принца Людовика. Он миновал мост и заставу, немного поговорил с Шатильоном и его воинами, сел на коня и поскакал к замку Монкруа. Замок Монкруа под Парижем. Учебный центр, хотя и был полупустым, но поразил Годфруа своим размахом и порядком. Виднелась опытная рука мессира Антуана, придавшего центру вид древнеримского лагеря. Стройные ряды палаток, возвышавшиеся на небольшой возвышенности возле реки, были обнесены небольшим частоколом и достаточно широким рвом, снабженным по углам караульными и стрелковыми башенками. Разместив свой военный лагерь на спорных землях, принц Людовик словно нарочно показывал своему противнику, графу Мёлана, а заодно и его сюзерену, королю Англии, всю свою мощь и силу, словно дразня их и задирая, провоцируя на решительные действия в свой адрес. Приближение де Леви, было, замечено еще издали и, как только он въехал в ворота лагеря, раздались восторженные приветствия: — Салют храброму сенешалю! Приветствуем живую легенду! Годфруа поморщился, ему претило такое публичное хвалебное признание его заслуг перед короной и принцем Людовиком. Он поднял руку, приветствуя рыцарей, когда шум немного стих, он произнес: — Спасибо всем за хвалебные слова в мой адрес! Право, я не заслуживаю такого внимания! Служите Его высочеству с усердием и рвением, и он вознаградит вас сторицей! Из толпы вышел высокий и широкоплечий Пьер де Монтонкур, оставленный мессиром Антуаном во главе лагеря на время своего отсутствия. Он улыбался во весь рот, радуясь прибытию своего старого знакомого: |