Книга Проклятие Гийома Завоевателя, страница 155 – Виктор Бушмин

Отряд мессира де Шомон, обороняющий Вексенское графство и усиленный отрядами де Перша и де Монфора, отличное и боеготовое соединение, но его Людовик решил использовать в качестве своего последнего стратегического резерва.

Оставалось только уповать на согласие Генриха Английского биться один на один.

В это самое время Людовик услышал призывный звук трубы, известившей о прибытии какого-то, довольно-таки, знатного сеньора – союзника короля. Король не поленился и вышел из своей палатки, чтобы посмотреть на прибывшего гонца. Он увидел, как кто-то спешился с боевого коня и направляется в его сторону. Рыцарь был весь в дорожной пыли, на нем была только длинная, доходившая ему почти до щиколоток, кольчуга, на лице дутый шлем нового типа с личиной, прикрывающей лицо.

Стражники и рыцари (люди мессира де Леви), охранявшие палатку Людовика, преградили путь незнакомцу. Рыцарь послушно остановился и снял с головы свой шлем, стянул кольчужный капюшон и обнажил голову.

Прибывшим рыцарем был Ангерран де Шомон, сенешаль графства Вексен. Ангерран несколько постарел. Постоянные пограничные стычки, мелкие набеги, разъезды и инспекции замков и крепостей графства избороздили, некогда румяное и улыбчивое, лицо сенешаля сеткой морщин. Волосы возле висков уже немного тронула седина, а макушка уже начала потихоньку лысеть (это Людовик увидел, когда рыцарь встал на колени перед ним, склонив свою голову).

— Сир! Графство Вексен приветствует своего повелителя и доброго сюзерена! Рыцарство ждет ваших приказов! Только что я вернулся из рейда по территории Нормандии и Жизора. Мы немного пощипали рыцарей короля-герцога, постоянными налетами мешаем англичанам, как следует обложить наши крепости и замки осадой…

Людовик улыбнулся. Он был рад, несказанно рад, видеть Ангерана де Шомон, слишком мало у него было таких вот, верных и преданных, людей.

— Встаньте, сенешаль! Мы несказанно рады видеть тебя и приветствовать все славное рыцарство, ополчение и духовенство графства Вексен в твоем лице. – Людовик повернулся к одному из рыцарей охраны. – Мессир, потрудитесь срочно пригласить сеньора де Леви ко мне в палатку.

Рыцарь охраны поклонился и поспешил выполнять распоряжение короля. Король и де Шомон вошли в палатку.

— Садись, де Шомон. Рассказывай. – Король сел сам и указал на стул, стоявший возле него.

Ангерран де Шомон сел и, вытерев вспотевшее лицо полотенцем, которое протянул ему лично Людовик, начал говорить:

— Англичане и нормандцы поначалу вломились к нам нагло, пренебрегая всякой осторожностью. Они рассчитывали, что мы, узнав их численность, убежим или запрёмся в крепостях и замках. Для вида, чтобы их успокоить, я так и сделал…. Вернее, послал нескольких своих верных людей, переодетых монахами, сообщить им об этом.

В первую же ночь я, прихватив с собой только пятьдесят самых проверенных рыцарей и сто конных арбалетчиков, напал на их лагерь. Даже не лагерь, а так, сборище палаток, толком никакого охранения. Мы посеяли панику, пожгли много палаток, убили порядком их рыцарей и ушли в ночь. Они толком даже не успели проснуться!

На следующую ночь, нет, я путаю, под утро этой же ночи, я вернулся обратно и атаковал снова. На этот раз, с двух сторон! Арбалетчики стреляли англичанам в спину. Мои рыцари вломились к англичанам, полусонным, в противоположной стороны! И так, практически, каждую ночь, за исключение ночей с пятницы по понедельник. Я ведь истинный христианин, а не язычник какой! Еще не хватало гореть в геенне огненной из-за них, проклятых!