Книга Проклятие Гийома Завоевателя, страница 164 – Виктор Бушмин

— Всем перейти на галоп! Лагерь атакован! Король в опасности! – Кричал граф Йорк.

Это был рискованный приказ, боевые кони могли не выдержать долгого галопа. Надежду вселяло только то, что лишь треть рыцарей была полностью вооружена. Через пару лье им навстречу стали попадать люди, в панике бегущие из лагеря в разные стороны. Командиры подбадривали своих рыцарей, заставляя их убыстрять ход своих коней. Они не знали, захвачен король или нет, держатся ли еще отряды, или уже сметены полностью. Кони уже начинали выбиваться из сил.

Начало перелома в битве.

Части графа Гильома де Невера, вместо того чтобы удерживать западные позиции возле моста, стали хаотично преследовать бегущих нормандцев и сильно растянулись, нарушив строй и боевые порядки. Граф Гильом слишком поздно понял, что упустил нити командования. Его рыцари стали вдруг предоставлены каждый сам себе и действовали только на свой страх и риск, пытаясь захватить, как можно больше, пленных сеньоров. Поняв, что хотя бы как-то управлять ими и, тем более, возвратить их назад, граф и его личный отряд стал отходить ближе к мосту, в более безопасное место, оголяя весь фланг для внезапной контратаки.

Отряды графа де Блуа, словно назло, создали жуткую толчею и неразбериху возле хиленького моста через Эпту. Они не могли переправиться сами, и не давали пехоте и арбалетчикам короля под командованием коннетабля де Нанси и мессира де Монтонкура выйти на другой берег. Части Генриха де Вермандуа вообще из-за всего этого безобразия не могли придвинуться.

Людовик оглянулся назад, приподнял личину своего шлема, плюнул от злости:

— Все-таки ужалил, скотина! Выбрал же, подлец, время! Теперь мы отрезаны, практически, от тыла и остальных частей…

Король послал гонца с приказом арбалетчикам, чтобы они начали расстреливать в упор рыцарей де Блуа, если те не очистят переправу.

Внезапно на колонну англичан, где ехали графы Лестер, Мортимер и Йорк, налетели небольшие группы французских рыцарей, слишком далеко углубившихся в погоню и преследование англичан. Французы, увидев прямо перед собою три большие колонны тяжеловооруженных английских рыцарей, резко развернули своих взмыленных коней и в панике бросились отступать по направлению к месту сражения, сея панику и увлекая за собой остальных воинов, попадавшихся им на пути.

— Мессиры рыцари! Сейчас, или никогда! Вперед! За Англию, Нормандию и короля Генриха! Святой Георгий! – Послышались возгласы командиров, и колонны англичан врезались во фланг французов. Колонны вливались в образованную брешь, словно река сквозь ветхую плотину, занимая поляну и начиная серьезно угрожать флангу и всей армии Людовика окружением.

То тут, то там, отряды французов вступали в рукопашные схватки с этим бронированным кулаком, рвущимся прямо к замку, сметая на своем пути эти небольшие группы отважных смельчаков, решившихся ценой своей свободы или жизни, предотвратить катастрофу.

Людовик увидел внезапную, но ожидаемую им, атаку англичан на части де Невера и Бургундии (или, лучше сказать, на то, что от них осталось из-за их недисциплинированности) и, указывая мечом в их направлении, крикнул де Леви и де Шомону:

— Мессиры! Берите всех, и остановите англичан! Сражение нами почти проиграно! Сделайте так, чтобы нас не окружили и не отрезали от спасительного моста! Прикажите арбалетчикам открыть огонь по атакующим англичанам!