Книга Проклятие Гийома Завоевателя, страница 188 – Виктор Бушмин

— Не устал? Может, старый епископ, которому самому лень писать свои бредни, замотал несчастного парня?..

Оливье весело рассмеялся. Епископ кивнул головой, подошел к столу и сел в свое кресло.

— Подай мою любимую леопардовую шкуру. Что-то ноги сегодня мерзнут…

Оливье укрыл ноги Годфруа. Епископ кивнул ему, приказывая садиться. Когда слуга сел, епископ продолжил свой рассказ…

Замок Монкруа. Лагерь по подготовке новобранцев из числа молодых дворян. 20 мая 1111 года.

Дорога в Монкруа показалась де Леви утомительной. Годфруа, раздавленный гибелью графа Робера, попал под непрекращающуюся полосу дождя, промокнув до нитки, словно и природа скорбела об уходе великого воина.

Наконец, на горизонте показались башни замка Монкруа. Это чуть-чуть приободрило де Леви. Все-таки, теперь это его оплот, в котором его ждут рыцари и необстрелянные воины. Их всех надо срочно, Годфруа ощущал какое-то неприятное предчувствие, охватывающее его сердце, готовить к войне, к ее ужасам и жестокости.

Лагерь выглядел хорошо подготовленным к войне. Замок был оснащен людьми и провизией, ежедневно фуражиры королевской службы объезжали виллы и пригоняли на скотобойни стада коров и баранов, заготовляя впрок солонину для армии.

Годфруа посвятил несколько дней проверке хлебных запасов, содержанию коров, овец и, что особенно его интересовало, боевых и вьючных коней. Все содержалось в исправности. Оставались люди.

С ними де Леви начал заниматься усиленно, вспомнив и применив на практике все, чему его научил в свое время мессир Антуан, чему он сам научился на войне. Новобранцы и молодые рыцари, собранные в лагере и замке Монкруа, поначалу были поражены и ошеломлены теми нагрузками и интенсивностью тренировок, которым подвергнул их новый командир. Но, к гордости де Леви, его имя и авторитет, приобретенный в боях за короля, заставлял их практически безропотно терпеть.

Единственная проблема, которая была решена не полностью, заключалась в неспособности кузниц и оружейников быстро и оперативно справляться с заказами на расходные материалы, прежде всего, стрелы-болты для арбалетов.

Некоторые разновидности «болтов», такие как зажигательные или бронебойные, требовали более тонкой работы, а значит, большего времени на их изготовление. Просмотрев заказы, Годфруа смог даже угадать особенности ведения войны в то, или иное время.

Например, когда требовались зажигательные стрелы – речь шла, скорее всего, об осадах или штурмах замков и крепостей. Де Леви спешно отправил своего оруженосца с приказом епископу графства Дре об увеличении объемов изготовления «болтов» для арбалетов.

Графство Перш, несмотря на близость границ с Нормандией, умудрялось ежемесячно поставлять по четыре-пять кольчуг для воинов. Виконтство Буржское, где король успел построить большие конюшни, ежемесячно поставляло до двадцати боевых и до сорока вьючных коней.

Даже старый герцог Гильом Аквитанский – Песенник, в знак уважения к Людовику отправил караван из сорока мулов, полностью нагруженных испанскими и сарацинскими кольчугами и бронями, щитами и прочим военным снаряжением, что по тем временам составляло просто колоссальную сумму денег.

Это было, своего рода, оплатой той молчаливой поддержке, которую оказали короли Франции герцогу во время его экспансии в Тулузские земли в надежде завоевать наследие покойного графа Раймонда де Сен-Жиль, погибшего при осаде Триполи в Палестине.