Книга Прыжок леопарда, страница 97 – Виктор Бушмин

Гильом, не ожидавший такого резкого поворота событий, буквально повалился на колени перед королем, сложил трясущиеся от волнения руки ладонями и протянул их Людовику.

— Хочешь ли быть моим человеком от земель и владений, угодий и имущества графства Фландрия? – король пристально посмотрел на него.

— Становлюсь, сир, твоим человеком за земли, угодья, города и имущество, а равно и людей графства Фландрия! – ответил Гильом Клитон.

Людовик накрыл руками его сложенным ладони, склонился и трижды поцеловал его.

— Встань же, граф Фландрии Гильом!

Гильом Клитон поднялся с колен, весь бледный и покрытый мелкими бисеринками пота.

— Мы завтра же представим на усмотрение народу Фландрии твою кандидатуру! – Торжественно и громко сказал Людовик. – Собирай войско, молодой граф-герцог!..

— Сир! Я в неоплатном долгу перед вами… – искренне произнес Гильом, обнимая короля.

— Не забивай голову. Не бывает неоплатных долгов… – загадочно ответил ему Людовик. Он показно зевнул. – Простите, мессиры, мне пора немного отдохнуть. Столько сразу свалилось, знаете ли… – Король пошел к выходу из палатки и словно мимоходом произнес. – Сугерий, ты чего засиделся? Пошли-ка со мной… – Сугерий раскланялся с герцогом, принцем и де Леви. Людовик уже на выходе из палатки произнес. – Де Леви! Зайдите-ка и вы ко мне. Через часик с четвертью…

— Будет исполнено, сир… – поклонился Филипп.

— Ура! Мы выступаем на Фландрию! – Внезапно крикнул молодой принц.

Людовик, уже выйдя из палатки, крикнул:

— А вам, мой сын, надлежит завтра же убыть в Бурж!..

Принц Филипп разом посерел и осунулся, он выскочил из палатки, подбежал к отцу и, схватив его за рукав гамбезона, буквально прорыдал:

— Отец! Ну, почему?..

Людовик по-отечески обнял и прижал его к своей мощной груди.

— Мой глупый и любимый Филу… – он решил немного подыграть его тщеславию и заодно обмануть принца. – Ты, наверное, забыл о приготовлениях к крестовому походу?..

— Батюшка! Неужели?! – глаза принца снова засияли от счастья. – Неужели вы позволите мне возглавить поход к его светлости Боэмунду Антиохийскому?..

— А почему бы и нет?! – засмеялся отец. – В конце-концов, должен же кто-нибудь из Капетингов преклонить колени в храме Гроба Господня? Ты и будешь…

Он соврал, соврал во спасение, соврал ради жизни и безопасности своего сына и наследника, рассчитывая успеть подготовить его к взрослой королевской жизни. А рисковать им в грязной и мерзкой Фландрии Людовик не хотел…

Лан. Королевский лагерь. Этой же ночью.

Людовик не спеша добрел до своей огромной палатки, поставленной на возвышении и уже обнесенной кольями чуть позади лагеря. По дороге он приветливо беседовал с рыцарями, перебрасываясь малозначительными шутками, справлялся о состоянии дел, о здоровье, о конях, вооружении, в общем, вел себя так, словно ничего страшного не произошло. Жан де Бриенн, как всегда, суетился вокруг него, изображая радение, рвение и подобострастие, и, естественно, к концу маршрута уже порядком утомил короля.

— Ох, Жан, как же ты мне надоел… – обронил Людовик, садясь на походную кровать. Жан хмыкнул что-то себе под нос, свистнул оруженосцев и начал переодевать его, тихо мурлыча себе под нос какую-то песенку. Людовик дождался, стойко стерпев его вокальные изыскания, кашлянул и, глядя оруженосцу в глаза, спросил. – Надоело, небось, ухаживать и обхаживать? Хочешь быть посвященным в рыцари, а?..