Онлайн книга «Альбигойский Крест. На Тулузу!»
|
Но, словно гром среди ясного неба, происходит невероятнейшее и поразительнейшее событие: ловелас и гуляка Фолькет принимает постриг и уходит жить в монастырь Торонет, расположенный в Провансе! Его постриг, самым удивительным образом совпал со смертью короля Ришара Кёрдельон – одного из последних менестрелей Раннего Средневековья, с которым он не был лично знаком и, как бы завершал начальный этап развития стихотворного куртуазного творчества, идеалами которого являлись поклонение и служение прекрасной даме и создание рафинированного образа идеального рыцаря. Но, к счастью или нет, смерть короля-трубадура никоим образом не являлась причиной столь неожиданного и удивительного поступка. Ответ (и это не новшество) был прост до безобразия: несчастная любовь. Именно разочарование в любви послужило тем мощнейшим катализатором, толкнувшим Фолькета из мирской суеты в умиротворение монастырской тишиной. Мало кто знал об этом, да и сам новообращенный монах не стремился к излияниям души. А ведь ему, как не странно, было тогда немногим больше двадцати… Потрясающее воображение перевоплощение не могло пройти незамеченным, и в скорости, его назначают аббатом монастыря Торонет, а когда ересь Окситании привлекла к себе пристальное внимание Святого Престола, именно Фулька папа Римский назначает епископом Тулузы. Именно Тулузы – самого, пожалуй, опасного и трудного участка борьбы католицизма против катарского учения, которое со всей уверенностью можно считать предтечей последующего возникновения протестантства и раскола, возникшего в католической вере в конце Средних Веков. Фульк не был слепым фанатиком, одержимым негодующей ненавистью ко всему, что угрожало спокойствию и торжеству церкви. Наоборот! Его образованность и творческий склад ума позволяли с убийственной четкостью громить все постулаты, воздвигаемые катарами, разбивать их учение и заново возвращать паству в лоно исконной церкви. Полное окружение врагами не пугало Фулька, а наоборот, придавало ему дополнительные силы, хотя некоторые методы борьбы с ересью, особенно повальные казни и массовые убийства, не находили поддержки в его взглядах на священную религиозную войну. Но, именно он, не взирая на открытые угрозы со стороны графов де Сен-Жиль, прямо в Тулузе создал католические отряды, названные с его легкой руки «Белым братством», которые принимали самое активное участие в боевых действиях против еретиков и местных сеньоров, даже состояли в войске Симона де Монфора. И вот, сегодня, епископ Фульк, единодушно избранный главным судьей и свидетелем Божьего суда и смертельного поединка, выехал из города на огромную поляну, расстилавшуюся возле стен осажденной Тулузы. Парадное, шитое золотом, облачение епископа сияло радужным многоцветием, и это не вполне сочеталось с гнетущей атмосферой и предчувствием смерти, витавшим в осеннем небе. Несмотря на пятый десяток лет, епископ держался молодцом, чему существенно помогало одно немаловажное обстоятельство: епархия Тулузы была, без преувеличения, самым беспокойным участком Юга Франции и всей Окситании, где катарская ересь расцвела махровым цветом. Епископ хмурился при одной мысли о том, что «зачумленный» Раймон, его семейство и рыцарство единодушно избрали Фулька судьей на ордалии. Такое, мягко сказать, единодушное доверие, которым наградили граф Раймон и вожди крестоносцев Фулька, несколько тяготили сердце епископа. Он, как истый и добропорядочный католик, был всем сердцем на стороне крестоносцев, лично знал и уважал, несмотря на излишнюю, по его меркам, жестокость, сеньоров де Леви и де Марли, но смертельный поединок, от которого, по большому счету, не было никой пользы и прока, всецело занимал голову епископа. Кто-то из участников должен будет умереть, и для епископа не было никакой разницы, будет это сеньор-южанин или облаченный крестоносец. Душа, это бессмертное творение Создателя, должна будет насильно прервать свой цикл жизни и испытаний и вознестись на Суд Божий, суд строгий, непредвзятый и пронзительный, а это, пожалуй, самое сильное испытание для человека. |