Книга Захват Неаполя. Скала Роз, страница 150 – Виктор Бушмин

— Но, Беатрис, вы же…

— Обо мне не надо беспокоиться, граф. – Она резко дала понять ему, что твердо решила остаться в королевстве. – Я должна покарать Шарля де Анжу или погубить его наследника! Я мечтаю лишь об одном, чтобы род проклятого франка стерся и сгинул во тьме веков…

Граф встал на колено перед ней, поцеловал ее руку и произнес:

— Я, Фридрих, граф фон Баден, клянусь, что передам ваши слова его высочеству Конрадину. – Он поднялся на ноги. – Будьте покойны…

— Не смею вас больше задерживать, Фридрих. – Беатрис не удержалась и, прижавшись к нему, поцеловала в губы. – Ах, граф, если бы можно вернуть время вспять. – Она смущенно покраснела и опустила глаза. Ей стало стыдно за себя, за свой импульсивный поступок, некстати нахлынувшие эмоции и минутную слабость. Беатрис подняла голову и, собрав все свои силы воли в кулак, произнесла. – Но, такого не может быть. Никогда. Вы передадите принцу Конрадину мои слова? – Фридрих фон Баден растерянно закивал головой – он все еще надеялся, что прекрасная Беатрис одумается, бросит все эти мужские кровавые игры и уедет с ним в Германию, подальше от ужасов и кошмаров, начнет жить мирной и спокойной семейной жизнь. Но, как видно, судьбе угодно совершенно иное. Беатрис грустно улыбнулась и, перекрестив его, произнесла. – Ступайте же…

Он в растерянности посмотрел на нее, окинул ничего не понимающим взглядом замок, громко выдохнул и, опустив голову, побрел. Беатрис тряхнула своими пышными волосами, незаметно вытерла слезинку и, развернувшись, пошла в часовню, где священник и его помощники уже заканчивали заколачивать гроб с телом ее брата.

Похороны, если их так было можно назвать, прошли как-то скомкано, словно воровато, небо лишь на мгновение рассеялось, осветив грустное замковое кладбище и две фигуры, стоявшие над только что засыпанной могилой. Девушка и священник постояли немного и разошлись. Фра Винченцо спешил крестить новорожденного малыша из близлежащей деревеньки, а Беатрис, вспомнив о своих помощниках, буквально побежала к домику, в котором они находились.

У нее уже давно созрел план, который Беатрис решила довести до логического завершения. Она прекрасно понимала, что огромная, просто колоссальная сумма, невольными хранителями которой оказались ее приближенные, может затуманить им разу и толкнуть на предательство или преступление.

«Верить никому нельзя», – решила она, открывая дверь. Её помощники сразу же притихли, в комнатке ощущалось какое-то нервное напряжение и сдавленная атмосфера, не сулившая ничего хорошего.

Беатрис поняла, что они о чем-то оживленно спорили – лица ее помощников были возбужденными и красными от волнения или споров, возникших между ними в ее отсутствие. Она решила не подавать вида, улыбнулась и произнесла:

— Прах праху…

— Что, синьорина? – не расслышал один из помощников.

— Ничего. Я говорю, что, мол, пора нам подкрепиться, загружать мешки, да отправлять отсюда от греха подальше. Неровен час, граф сболтнет чего лишнего – меня же ведь ищут!..

Слуги, не подозревая ничего странного в ее словах, вышли из комнаты, но оставили для верности одного воина для охраны, Беатрис закрыла дверь домика на замок и, положив ключ к себе в карман накидки, повела всех в замок. Слуги, как на грех, уже закончили приготовление скромного поминального обеда, поставив блюда с мысом и кувшины с вином в трапезной.