Книга Захват Неаполя. Берёзы, страница 56 – Виктор Бушмин

— Но, сир, согласно Ордонансу его величества Людовика Французского все рыцарство королевства будет вынуждено встать под знамена короля и верховного сюзерена… – Гоше покопался в своих бумагах, извлек одну из них и потряс перед собой, демонстрируя ее Шарлю. – боюсь, что нам придется растраться с доброй половиной нашего рыцарства…

— От Анже и Мэна – да, – кивнул головой Шарль, – а вот Провен, как приграничье и графство с неопределенным вассалитетом, ведь по части его я приношу присягу германскому императору, вряд ли тронут. Так что мы можем смело рассчитывать на рыцарство из Провена.

— Это очень мало, сир. Только пара тысяч, не больше… – казначей снова покопался в бумагах и изрек. – Две тысячи триста пятнадцать рыцарей, да и то придется снять почти все гарнизоны из городов и замков… – Он почесал свой длинный нос. – Плюс, конечно, тысячи три или пять арбалетчиков и пикинеров, но они по большому счету – наемники и мало надежные люди…

Шарль задумался, теребя пальцами свой подбородок, потом заговорщицки посмотрел на Гоше и сказал:

— А ведь Юг Франции тоже считается приграничьем. Прекрасно! Клянусь спасением души! – Он обнял казначея и стал трясти его. – Срочно отправляй гонцов к мессиру Ги де Леви!

— Это к «Груше», что ли?.. – уточнил де Белло.

— Это он для меня «Груша»! – Отрезал его Шарль. – А для тебя он мессир Ги де Леви, да Ла Гард, де Мирпуа и де Монсегюр! – Король перехватил кислый взгляд и прибавил. – Если тебе этого мало для изучения, тогда можешь смело доучивать вот еще что: маршал де Ла Фо и наследный маршал графства Фуа!..

— Достаточно, сир… – казначей понял, что обидел короля, ведь де Леви считался его другом детства. – Приношу свои извинения.

— И вот еще что! – Шарль поднял палец и дотронулся им до кончика носа Гоше де Белло. – заруби себе на носу, что ты должен, нет, просто обязан всеми возможными уловками и хитростями заставить мессира Ги прихватить с собой как можно больше рыцарства! Ага! Мы забыли о Флоренции! Пусть по ходу заедет туда и, как бы вскользь, переговорит с местными рыцарями. Насколько мне не изменяет память, они все были от него без ума! Пусть притащит их, если получится…

Замок Дюрренштейн. Швабия. Германия. За два месяца до этого.

Конрадин сидел возле пылающего зева огромного камина, вытянув свои длинные стройные ноги, обутые в высокие сапоги рыжей испанской кожи. Носки и пятки их были усилены сталью, а голенища и раструбы – проклепаны маленькими металлическими пластинками. Небольшие стальные походные шпоры нежно и мелодично позвякивали о каменные плиты пола башни замка. Принц любил именно их, а не длинные и неудобные в ношении золотые парадные, от которых было мало проку. Да и бренчали они как-то тускло, глухо и неприятно, вызывая лишь мурашки по всему телу, как он хождения по перемороженному снегу, когда его хруст под ногами сильно раздражает, но ничего и ним не поделаешь – приходится ждать весны или, на худой конец, оттепели.

— Милая, как я устал ждать… – грустно произнес он вслух.

Беатрис, сидевшая рядом с ним, дотронулась своими пальцами до его ладони, нежно погладила ее и сказала:

— Похоже, мой друг, что мы, наконец-то, дождались.

— Чего? У моря погоды?.. – Недоверчиво покосился на нее принц. Он взял ее ладонь в свою большую и крепкую руку, поднес к губам и поцеловал каждый пальчик, пахнувший благовониями, поднял глаза и уточнил. – Мне кажется, что, порой, мы стали походить на медведей, залезших в свою берлогу и спящих до весны. А она все не приходит и не приходит…