Книга Летящий ястреб, рыжая лиса, страница 92 – Мурзель

— Это наши земли! — гневно воскликнул молодой индеец. — Мы никуда не уйдем!

— Если мы не уйдем, Длинные Ножи всех убьют, — возразил Брайан.

— Мы сами их убьем! Мы не позволим забрать нашу священную землю! Они и так отняли у нас слишком много!

— Остынь, Храбрый Олень, — вмешался вождь. — Давайте послушаем, что предложит нам Летящий Ястреб.

Взоры всех присутствующих обратились к Брайану.

— Я думаю, уйти отсюда, было бы мудрым решением, — сказал он. — Половину наших людей убили под Каспером пять зим назад. Остальные выжили только потому, что отступили и спрятались здесь. У нас нет сил, чтобы сражаться против Длинных Ножей. Мы должны уйти, чтобы сохранить нашу свободу и жизнь.

— Слова предателя и труса, — презрительно бросил Храбрый Олень. — Твоя кровь разбавлена кровью бледнолицых. Признайся, это они тебя подослали?

Брайан ничего не ответил. Среди индейцев, увешанных бусами, перьями и бахромой, он — в клетчатой рубахе, жилете и брюках — действительно смотрелся как бледнолицый. Да и его лицо, несмотря на смуглую кожу, раскосые глаза и выпирающие скулы, казалось более «европейским» по сравнению с резкими, словно вытесанными из красного дерева лицами остальных.

— Летящий Ястреб и Храбрый Олень сказали свои слова, и я их услышал, — подал голос Черный Медведь. — Что скажут другие?

Сидящий рядом старик почмокал беззубым ртом и заговорил:

— Летящий Ястреб всегда помогал нашему народу. Даже если он и ошибается, его намерения чисты.

Вождь повернулся к шаману. Тот какое-то время сверлил Брайана пытливым взглядом, затем сказал:

— Я должен посоветоваться с духами. Но все мы знаем, что тот, кто выкурил священную трубку — говорит только правду. А Летящий Ястреб отказался ее курить.

— Я просто не хочу никого заразить, — пояснил Брайан.

— Но ты не болен. Я больше не чувствую в тебе злых духов, — возразил шаман, на что Брайан лишь досадливо махнул рукой.

Следом за шаманом высказались остальные мужчины, и, слушая перевод миссис Смит, Кэтрин поняла, что все пошло наперекосяк. Когда вождь приготовился говорить, она, как и все присутствующие, затаила дыхание.

Черный Медведь приложил руку к груди.

— Мое сердце полно печали, — с тяжелым вздохом сказал он. — Летящий Ястреб отвернулся от своего народа. Он отказался курить с нами священную трубку. Он отверг мою дочь и женился на бледнолицей. А теперь он пришел к нам и хочет, чтобы мы отдали наши земли врагам.

— Предатель! Пусть убирается, покуда цел! — выпалил Храбрый Олень.

Вождь вскинул ладонь, приказывая ему замолчать.

— Однако, — продолжил он, — Летящий Ястреб очень много помогал нашему народу, поэтому я верю, что в его сердце нет злого умысла. Мы не будем его прогонять, но и не станем слушать его слова. Кроме нашей земли у нас ничего нет, и мы не отступим. Мы будем сражаться до последней капли крови… Я все сказал.

Он отвернулся и скрестил руки на груди. Повисла гнетущая тишина. Брайан, ни на кого не глядя, встал и вышел из шатра. Кэтрин и миссис Смит отправились следом за ним.

Брайан шел по стойбищу так быстро, что Кэтрин едва удавалось за ним поспевать. Когда ти́пи остались позади, он подошел к реке, и уселся на обрывистом берегу. Кэтрин переглянулась со «свекровью». Должно быть, та что-то прочла в ее взгляде, потому что с пониманием кивнула и удалилась, давая возможность «супругам» поговорить без посторонних глаз.