Книга Апрельское, или Секрет забытого письма, страница 121 – Елена Тюрина

— И чего ты хотела добиться этим своим шантажом?

— Чтоб ты меня с собой увёз, — глухо проговорила девушка.

— Интересно, как ты себе это представляла.

— Бабушка рассказывала, что всем мужчинам только одно надо, и что все вы на красивых женщин клюёте.

— Твоя бабушка нас совсем уж примитивными считала. Не правда это. Не понимаю, как тебе такое в голову пришло… А если бы я оказался сволочью и согласился? Как бы ты выпутывалась?

— Я бы шла до конца. Мне всё равно.

— Слушай, тут же туристов полно. Зачем тебе именно я? — резонно заметил Макс.

— Они не цыгане. А ты цыган. И ты мне понравился.

Я не стала таиться. Приблизилась, опустилась на скамью рядом с Максимом.

— Мы с тобой считай брат и сестра двоюродные, — говорил между тем он.

— Я не родная в этой семье, — пробормотала девушка, пряча глаза.

— Всё равно. Названная сестра ты мне.

Она вздохнула.

— Прости. Я... Я просто мечтаю уехать куда-нибудь. А куда? У меня нигде никого нет.

— Даже не думай. Пропадёшь, — серьёзно сказал Максим. — Ты юная, очень красивая, к жизни неприспособленная. И ты не представляешь, сколько в этом жестоком мире подонков.

— Представляю, — возразила она.

— За что Мария на тебя набросилась? — спросила я, пытаясь проявить участие.

Вера метнула в мою сторону взгляд, и снова опустила лицо.

— Из-за того, что вечером танцевала…

Я поняла. Не просто танцевала, а танцевала для гостя.

— Она всегда такая с тобой? — вопросительно поднял брови Макс.

— Часто. Когда были живы родители, я всегда была для них лучшая. Несмотря на капризы, разбитые окна, драки с ребятами во дворе. Я знала, что у меня есть мой дом и те, кто меня любит. А когда их не стало…

Девушка готова была расплакаться.

Максим собирался что-то сказать, но тут со стороны дороги послышался шум подъезжающих машин и визг ребятни.

— Дядя Яша приехал! — вмиг забыв о своих горестях, Вера вскочила на ноги и помчалась туда.

Ни о каком отъезде теперь не могло быть и речи. С появлением Якова и его сыновей начались настоящие гулянья. Брат Марии, дядя Максима, был настолько рад видеть племянника, что расстраивать его сообщением об отъезде было бы непорядочно.

Яков оказался гораздо младше Марии. На вид я бы дала ему пятьдесят пять или около того. Выглядел он очень хорошо, одет был дорого и презентабельно, что называется, с иголочки. В такую жару это поистине подвиг. Должно быть, он с сыновьями ездил на какое-то важное мероприятие. Сыновей у него было четверо. И ни одной дочери. Видимо, поэтому он так обожал Веру. Она бросилась к нему в объятия, как к родному отцу.

Вскоре мы уже сидели за столом под большим навесом.

— Барон — один на весь Крым. Он представляет интересы всей крымской цыганской общины, — пояснил Яков. — А это примерно восемь тысяч цыган. Я же просто глава нашей деревни. Они меня называют местным бароном. Стараюсь соответствовать. Делаю всё, чтобы среди нас тут царил порядок. Если что-то случится, на общем собрании разрешаем споры и конфликты. С другими народами стараемся дружить. Нас ругают, что детей в школу поздно отдаём или не отдаём вовсе. Но мы так делаем, потому что их обижают. Увы, к нам относятся предвзято, хотя мы и в Великую Отечественную наравне со всеми воевали, и среди представителей нашего народа много известных людей, заслуживших всемирное уважение.