Книга Апрельское, или Секрет забытого письма, страница 14 – Елена Тюрина

Леокадия Сергеевна поливала цветы. Пышным дождём мелкие серебристые струйки воды накрывали клумбы тюльпанов, солнечных нарциссов, петушков и других неизвестных мне цветов. А в их каскаде играла яркая радуга. На Лёке была соломенная шляпа. При виде меня женщина искренне обрадовалась, бросила все дела и поспешила ставить чайник.

В саду стояла добротная деревянная скамья-качели. В ожидании Леокадии Сергеевны я расположилась на ней и ко мне присоединились оба кота. Серый растянулся рядом, а его чёрный коллега забрался на колени и норовил понюхать моё лицо.

На скамье лежала книга. Это была «Маленькая хозяйка большого дома» Джека Лондона. Даже дословно помню одну из моих любимых цитат оттуда: «Мужчина, способный бить любимую женщину, — это мужчина низшего типа. И женщина, любящая такого мужчину, — тоже существо низшего типа. Никогда мужчина высшего типа не будет бить женщину, которую он любит. И ни одна женщина высшего типа, — при этом глаза Лео невольно обратились в сторону Паолы, — не могла бы любить человека, который её бьёт».

В юности много раз перечитывала эту историю и очень злилась на главную героиню. Не понимала, почему Паола решила всё таким страшным способом. Не могла предать уже нелюбимого мужа и уйти к другому, поэтому убила себя. Как бы я сама поступила в такой ситуации? Кого бы выбрала? Я не могу ответить себе на этот вопрос. К счастью или сожалению, у меня нет ни мужа, ни любовника…

— Как же хорошо, что ты зашла, рыбка моя золотая, — раздался голос Леокадии Сергеевны.

Она несла на подносе чашки, печенье и конфеты.

— Давайте помогу, — я всё взяла у неё и принялась расставлять на столе.

Как выяснилось, ежа увидеть пока не представляется возможным. Днём он спал в своём лукошке. Посему компанию нам составляли только коты. Звали их Веня и Гоша.

— А давно вы живёте в Апрельском? — поинтересовалась я, когда мы наконец расположились в беседке.

— Лет двадцать, — стала охотно рассказывать Лёка. — У меня тётка отсюда. Она мне дом завещала. Мы с мужем сделали тут дачу, постоянно не жили. Теперь вот сама занимаюсь. Иногда дети с семьями приезжают. А ты почему спрашиваешь?

— Да просто хочется больше узнать о посёлке, его истории. Остались ли тут старожилы, те, кто ещё войну застал?

— Ой, милая, даже не знаю. Стариков совсем мало. Особенно таких, кто в здравом уме и способен что-нибудь вспомнить. Да ты в своей библиотеке поищи. Должна быть подшивка газетки, что одно время наш поссовет издавал. Точнее редакция при нём была, а печатали в городе, в типографии. Может там что и найдешь. А что именно тебя интересует?

— Всё, — уклончиво ответила я. — В общем, о посёлке хотелось бы почитать что-то или чьи-нибудь воспоминания послушать.

— Надо подумать, кто мог бы тебе рассказать…

— Может кто-то помнит прежних хозяев моего дома, — уточнила я. — Было бы интересно о них больше узнать.

— Ну, поищем, поищем, — заверила меня Лёка.

— А меня в понедельник Максим Богорад подвёз к работе. Он был как раз на нашей улице, когда я вышла. Вот и предложил подвезти, — не знаю зачем, похвасталась я.

— Да? — Леокадия Сергеевна поглядела недоверчиво, с сомнением. — Максим? Нарочно приехал утром, чтобы подвезти тебя на работу?

— Я не знаю, может случайно оказался поблизости, — добавила поспешно.