Книга Хрущевка княжны Соколовской. Книга 2, страница 46 – Аманда Франкон

Хозяева явно придерживались старых традиций, и в другое время я бы с удовольствиям побродила по огромному особняку, но сейчас под руку меня вел мерзкий старик. Я здесь ради того, чтобы от него избавиться, но, как бы это ни было иронично, только подтверждаю всем значимым людям города свое намерение выйти за него.

Голова кружилась от количества людей и пестроты нарядов, так что я едва помнила разговор с хозяевами дома и поздравления, которые им говорила. Прийти в себя удалось, когда я наконец оказалась в относительно тихом углу. Яринский, которому приличия к счастью не позволяли проторчать возле меня весь вечер, куда-то ушел, заверив, что вернется как только завершит дела.

Теперь у меня появилась возможность нормально осмотреться. Сквозняк из приоткрытого окна немного разгонял туман в мыслях, и, с трудом уняв бушующее в груди отвращение ко всему происходящему, я оценила ситуацию.

Для гостей хозяева подготовили целых три просторные комнаты. В одной играла музыка и мебель сдвинули к стенам, позволяя желающим кружиться в незамысловатых, но приятных танцах. В другой стояли несколько карточных столов, там уже пахло хорошим табаком, звенел лед в наполненных жидким янтарем стаканах и раздавались возгласы особенно самоуверенных женщин. В третьей беседовали и смеялись юноши и девушки, за которыми приглядывали матери почтенных семей и старики, которые ленились даже глядеть на карты.

Подхватив бокал шампанского с подноса пробегавшего мимо официанта, я медленно двинулась комнату, где образовалось что-то вроде стихийного клуба знакомств. Воркование юных голубей меня мало интересовало, а вот разговоры почтенных матрон – очень даже.

Аккуратно огибая вдоль стены танцующие пары, я медленно дышала, концентрируясь на привычных задачах. Почувствовать три основные комнаты, позволить легкому, почти незаметному сквозняку пробежать по ним, заполняя пространство, разговоры в котором меня интересуют. И прислушаться.

Все голоса – громкие и тихие – вдарили по ушам одновременно. Я покачнулась и ухватилась рукой за спинку ближайшего кресла. К счастью, оркестр в этот момент исполнял какую-то особенно веселую мелодию и за мельтешением юбок мгновения моей слабости никто не заметил. Я как раз успела снова принять расслабленный вид и нацепить на лицо маску прохладного дружелюбия, когда заметила, что ко мне направляется так называемая подруга – пухленькая блондинка Анастасия Мышковская, наряженная в милое платье пепельно-розового оттенка.

— Ах как я рада тебя видеть, Марго! – ее пухлые губы растянулись в слишком уж радостной улыбке. Вслед за маркизой вокруг меня начали собираться и другие молодые женщины.

Большинство из них смотрели с прикрытой брезгливостью, некоторые – с откровенным презрением, парочка совсем юных особ – с жалостью.

— Взаимно, Анастасия, – холодно улыбнулась я, осаживая «подругу».

В другое время я может и получила бы удовольствие от взаимных попыток уколоть друг друга в светском разговоре, но сейчас меня куда больше занимали чужие беседы. Впрочем, пока ничего интересного я не улавливала: женщины судачили о недавних свадьбах и похоронах, мужчины ругались из-за того, что кто-то попался на жульничестве.

— Кто бы мог подумать, что спустя столько лет фамилия князей Соколовских снова будет так известна в городе, – не обратив внимания на мою холодность, продолжила маркиза. – И все благодаря твоим неустанным стараниям.