Книга На тринадцати ветрах. Книги 1-4, страница 460 – Жюльетта Бенцони

Но то ли предлог показался его семье пустяковым, то ли еще по какой причине, которые нередко нарушают самые отлаженные планы, Жюльен на встречу не явился. Адам был, естественно, разочарован, но решил философски смотреть на вещи и в одиночку дожидаться полуночи, спрятавшись за кустом остролиста, который он уже давно заприметил. И тут наш юный искатель приключений услышал шаги, они приближались к нему и вовсе не походили на шаги Жюльена.

Сначала Адам почувствовал досаду, что золото под менгиром ищет не он один, но его недовольство быстро переросло в настоящий страх. Голоса приближающихся людей были грубыми, даже вульгарными, и разговор их вызывал тревогу.

— Ты уверен, что встреча здесь? – спросил один.

— Уверен! Шеф сказал: «У менгира в полночь, когда все эти придурки бормочут «Отче наш». Мы, кажется, первые, надеюсь, остальные не заставят себя ждать.

— Ты случайно не знаешь, куда идем?

— В Этупен, но я не уверен. Ты не угостишь меня табачком?

Да, эти явно быстро отсюда не уйдут. Адам решил, что пора сматывать удочки. Какое уж тут золото! Займемся им на будущий год. Тихо, как только мог, мальчик начал выбираться из-за куста, служившего ему прикрытием, но зацепился ногой за плющ, споткнулся и упал, не больно, но зато с шумом.

— Слышал?..

К счастью, в это время вновь раздались шаги. Адам быстро поднялся и, не раздумывая и не разбирая дороги, бросился прямо вперед. Главное – убежать как можно дальше от лесных разбойников. Когда наконец, выбившись из сил, едва дыша, он остановился, то понял, что находится от Ла Пернеля гораздо дальше, чем ему бы хотелось. Он не заблудился, нет – Адам так хорошо знал окрестности, что не потерялся бы и посреди самого густого леса самой темной ночью, – но, когда он наконец добрался до дома, было уже очень поздно, и он смертельно устал. К счастью, ворота еще были открыты. Тремэны, видно, собрались слегка перекусить после мессы, в столовой горел свет, из кухни доносилась веселая суета.

Адам по-кошачьи бесшумно пробрался в свою спальню, наспех разделся и лег под одеяло, но был так возбужден, что, несмотря на крайнюю усталость, никак не мог заснуть. Именно поэтому чередование молитв и песнопений во время торжественной церемонии в церкви Сен-Васта подействовало на мальчика, как хорошее снотворное. Адам спал так крепко, что ни у кого из Тремэнов не поднялась рука разбудить его. Особенно у Артура, его сейчас занимали совсем другие мысли. Едва усевшись, он тут же попросил рассказать про домик каторжника и сестер Може. Поспешность, с которой Артур жаждал узнать эту историю, заставила Гийома улыбнуться:

— Сестры Може тебе явно понравились. На самом деле мне и рассказывать-то особенно нечего.

Действительно, ничего особенного. Сестры приехали из Бэйе вместе с отцом, который некогда исполнял в городе обязанности судьи. Мать их умерла очень молодой. Сестер звали Селестина и Евлалия, старшая взяла на себя обязанности хозяйки, пытаясь заменить в доме мать, младшая же долго колебалась между тем, принять ли ей постриг или выйти замуж. В этом тихом и мирном, живущем прошлым городке было несколько монастырей, но великолепный храм – впрочем, чересчур большой для такого маленького городка, – казалось, стоял прямо посреди зеленых лугов, на которых пощипывала травку вся окрестная домашняя живность. Евлалия была помолвлена, когда над этим тихим безоблачным миром пронеслась революционная буря. Удивительно, она не повредила храмы, но не пощадила людей.