Книга Флорентийка. Книги 1-4, страница 576 – Жюльетта Бенцони

— А я почти уверена, что имеет, — прервала его Фьора. — Этот человек все еще там?

— Конечно. Куда ему идти, если он ничего не знает ни о себе, ни о других? Такое состояние вызвано, безусловно, травмой головы. Но успокойтесь, его выходили, и он не чувствует себя несчастным. Монахи обители оказались добрыми, великодушными и гостеприимными людьми. И кроме того, для заключенного, совершившего побег, если только это он, монастырь является самым лучшим пристанищем.

— Я ни на минуту не сомневаюсь в этом, но как все выяснить, как убедиться?

Фьора встала и принялась нервно расхаживать по большому залу, пытаясь успокоиться, замедлить ритм биения сердца, которое готово было выскочить из груди. Видя, как она побледнела, делла Ровере поспешил к ней, поддержал под руку и заставил улечься на длинную скамью, покрытую подушечками. Это было сделано вовремя, потому что ноги ее не слушались. Кардинал позвал на помощь Леонарду, которая, безусловно, подслушивала под дверью. Та мгновенно вбежала, держа в руке флакон с уксусом и салфетку. Подойдя к Фьоре, она стала приводить ее в чувство.

Вскоре Фьора пришла в себя. Она принялась извиняться перед гостем, который выглядел искренне обеспокоенным.

— Боюсь, что слишком утомил вас, — сказал он. — Сейчас мне лучше удалиться, а завтра я приду опять. Я как раз хотел это сделать, чтобы попрощаться с вами.

— Ваше высочество уже покидает нас? — спросила Леонарда.

— Да, я должен вернуться в Авиньон, где у меня так много дел. Я покидаю Тур послезавтра.

Кардинал уже собрался уходить, как Фьора удержала его:

— Умоляю, монсеньор, еще минуточку! Уверяю вас, что мне уже лучше. Расскажите мне еще об этом спасенном.

— Что я могу сказать вам еще? Теперь вы знаете столько же, сколько и я. Послушайте, раз я возвращаюсь туда, хотите, я побываю в обители прямо после прибытия, чтобы увидеть этого человека?

— Вы же никогда не видели Филиппа де Селонже, монсеньор. Как вы его узнаете?

— Вы можете Описать его мне? Конечно, если бы вы не были больны, то можно было бы найти решение очень простое, но… утомительное.

— Какое? — спросила Леонарда с недоверием. Но Фьора сразу поняла:

— Я могла бы поехать с вами? Безо всякого сомнения, ведь только я смогу выяснить все. И если это мой муж, то кто же лучше меня сможет ухаживать за ним?

— Фьора! — запротестовала Леонарда. — Вы что, сошли с ума? Вы опять хотите отправиться на край света?

— Авиньон не на краю света, мадам, и я не вижу никаких опасностей, которые могли бы подстерегать донну Фьору под моим покровительством. Я могу даже предложить донне Фьоре удобный паланкин.

Фьора на глазах возрождалась. Цвет ее лица стал прежним, в глазах засветились искорки надежды. Она поднялась:

— Я не могу отказаться от такой возможности, дорогая Леонарда. Не беспокойся, я не буду отсутствовать долго. Если это Филипп, я привезу его с собой, а затем примирю с королем. О, монсеньор, вы не можете даже вообразить себе, какая это радость для меня!

Кардинал рассмеялся, отчего лицо его помолодело. Казалось, он был так же счастлив, как и молодая женщина.

— Так, значит, мы договорились? Завтра вечером я пришлю за вами паланкин. Слуги получат указания, и вы встретитесь со мной в конце первой половины дня, в базилике Сен — Мартен, где я хочу помолиться перед отъездом. Таким образом, у вас будет достаточно времени подготовиться к отъезду.