Книга Флорентийка. Книги 1-4, страница 661 – Жюльетта Бенцони

Но тут совсем незначительный случай несколько рассеял напряженную атмосферу. Любимец Людовика XI, большая белая борзая Милый Друг, которая, как обычно, лежала на подушке у ног короля, поднялась и, подойдя к Фьоре, стала лизать ей руку.

Тронутая этим проявлением дружбы, Фьора погладила шелковистую шерсть на голове животного. Не была ли эта собака ее единственным союзником в этом зале? Даже Коммин упорно смотрел на носки своих сапог…

— Иди сюда. Милый Друг! — приказал король, но собака, вместо того чтобы послушаться, спокойно легла возле ног молодой женщины, как бы становясь ее адвокатом.

Король не стал повторять команду, а сделал Фьоре знак встать.

— Господа, мы собрали вас здесь на эту благородную ассамблею, чтобы вы присутствовали при решении очень важного вопроса, который требует нашего правосудия. Графиня де Селонже, урожденная Фьора Бельтрами, находящаяся перед вами, обвиняется в предательстве по отношению к короне и в попытке посягнуть на нашу жизнь. Доказательством этому является письмо, однако мадам де Селонже не признает за собой его авторства. Нам были переданы третьим лицом некоторые другие свидетельства, которые говорят о невиновности этой дамы.

Он умолк, вынул носовой платок и шумно высморкался.

Затем продолжил:

— Учитывая, что мы всегда весьма дружески относились к мадам де Селонже, а также то, что ее супруг, граф де Селонже, кавалер ордена Золотого Руна, постоянно действовал на стороне мятежников, мы находимся в большом затруднении относительно вынесения правомерного решения по этому запутанному делу.

Поэтому мы решили обратиться к божественному правосудию!

Это было так неожиданно, что по залу пронесся легкий недоуменный шепот собравшихся, а Коммин поднял голову и воскликнул:

— Сир! Неужели король решил обратиться к практике прошлого века?

— Мессир Коммин, если вы хотите этим сказать, что господь бог вышел из моды, то вы недолго останетесь среди моих приближенных! — холодно произнес король. — Тихо! И чтобы больше никто не смел нас прерывать! Мадам Селонже никто не собирается бросать в воду или заставлять идти с раскаленным железным прутом в руках. Обвинения против нее нам были предоставлены двумя людьми… Мессир посол Флоренции, встаньте перед нами!

В толпе произошло движение, появился, как всегда, роскошно одетый Лука Торнабуони и с улыбкой поклонился королю. При виде его Фьора даже не вздрогнула. То, что ее бывший поклонник был здесь и находился в рядах ее обвинителей, ее нисколько не удивило. Ему, наверное, стоило большого труда добиться от Лоренцо Медичи возможности быть послом при французском короле, но во время их с Лукой последней встречи она поняла, что он стал ее врагом и непременно отомстит за то, что она его отвергла. И когда он посмотрел в ее сторону с деланой улыбкой, она с презрением отвернулась.

— Вы сообщили нам, будто знаете из достоверных источников, что мадам де Селонже, с которой вы знакомы очень давно…

— С детских лет, сир, и… — вставил Лука, но король грозно взглянул на него, и тот замолчал.

— Что мадам де Селонже тайно родила в Париже дочь, которая является законным ребенком, потому что была зачата при тайных встречах с супругом, известным мятежником, с которым она при этом вступила в сговор.

— Да, сир! Я это сказал и могу повторить, потому что мой источник совершенно надежный, — подобострастно подтвердил Лука.