Онлайн книга «Флорентийка. Книги 1-4»
|
— Так ты все слышала? — Все! Я стояла тут, у приоткрытой двери. Ах, отец! Это ужасно, а в дальнейшем будет еще ужаснее! Я была так горда называться твоей дочерью! И вот я никто… хуже, чем никто! Любой бродяга вправе меня презирать за то… — Фьора, замолчи! Ради бога, замолчи! Ты не можешь судить, пока всего не узнаешь! А для меня ты по-прежнему остаешься дочерью, потому что я тебя подобрал, признал… и потому, что я тебя люблю! А теперь пойдем в студиолу! Там, перед портретом матери, ты узнаешь всю правду. Эта горестная история хорошо известна Леонарде, а теперь ее будешь знать и ты. Пойдем же, дитя мое!.. И, обняв Фьору за плечи, Франческо медленно повел ее вдоль длинной галереи до дверей, ведущих в уютную комнатку, где с портрета улыбалась Мария де Бревай. Леонарда последовала за ними, предварительно отослав Хатун, которая, стоя у дверей, поджидала свою хозяйку. На ее хорошеньком личике было написано беспокойство: ведь Фьора никогда прежде не плакала. — Отправляйся в спальню и подожди там. Я скоро приду. — Леонарда, мне бы хотелось, чтобы вы пошли с нами, — сказал Бельтрами. — Вдвоем нам будет легче припомнить подробности той давней истории. Все вместе они вошли в студиолу. Франческо подошел к портрету Марии и снял с него черное бархатное покрывало. Затем он уселся за стол и указал Леонарде место напротив. Фьора предпочла устроиться на подушечке в ногах у отца. — Дитя мое, соберись с силами и постарайся быть мужественной. Сейчас тебе придется услышать трагическую, но в то же время очень трогательную историю. В злобе Иеронима упомянула лишь самые отвратительные ее детали… Ты помнишь, я как-то показывал тебе кружевную вуаль? Сандро Боттичелли изобразил ее на этом портрете. Ты еще заметила пятна крови, а я не хотел отвечать на твои вопросы. — Ты обещал ответить на них позже, когда я стану взрослой женщиной. Теперь я ею стала. — Я к этому еще не привык, — ответил Франческо, гладя ее шелковистые волосы. — Но в тот раз я тебя обманул. Я вовсе не собирался говорить тебе правду, желая, чтобы она умерла вместе со мной и Леонардой. Если бы не предательство человека, которому я полностью доверял, мы сохранили бы все в строжайшей тайне… — Недаром люди из Монтуги шепчутся о том, что Иеронима очень уж падка до мужчин, — проворчала Леонарда. — Мы часто говорили об этом с Жанеттой, но ее муж так боится тестя, что сразу же затыкал нам рот. Было бы, наверное, неплохо рассказать старому Джакопо о поведении невестки?.. — Я уже пугал кузину возможностью огласки, но она этого не боится Она прекрасно понимает, что, надеясь прибрать к рукам мое состояние, старый разбойник без колебания закроет глаза на ее безнравственное поведение… если только не отложит расправу с грешницей на потом. Но нам от этого не легче, так как зло уже будет совершено. — Отец, — вмешалась Фьора, — бог с ней, с этой женщиной! Вы привели меня сюда, чтобы рассказать историю моей матери. Ведь мне известно только то, что она погибла при трагических обстоятельствах. Вы мне скажете, как? — На плахе, под топором палача, одновременно с твоим настоящим отцом. Их звали Мария и Жан де Бревай… — Я уже слышала это имя… — Прошу тебя, Фьора, не перебивай. Мне очень трудно вновь вспоминать события, так круто переменившие всю мою жизнь. |