Онлайн книга «Женщины средиземноморского экспресса. Книги 1-3»
|
Из Америки до нее не доходило никаких вестей, не считая нескольких писем от матери. Тетка объясняла растущую печаль племянницы упорным молчанием Джонатана. — Не испытываю ни малейшей нежности к судье Каррингтону, которого я считаю просто упрямым мулом, – заявила она как-то вечером Александре, в который раз отказавшейся от приглашения Долли поужинать в ресторане. – Однако мне кажется, что тебе следовало бы подумать о возвращении. Вчера мы говорили на эту тему с Никола и решили что с радостью доставим тебя в Нью-Йорк Зачем тебе злые толки? — Вернуться домой с понурой головой, в простой рубахе, с петлей на шее и с посыпанными пеплом волосами? Об этом и речи быть не может! Я не желаю потворствовать властности Джонатана, к тому же зачем отказываться от удовольствия посетить Венецию? Нас с Делией уже ждут. Она показала тетке полученное утром письмо Элейн Орсеоло. К своему огромному сожалению, чета была вынуждена на сей раз отказаться от присутствия на «Большом призе»: это было вызвано необходимостью участвовать в земельной тяжбе, навязанной соседом. «Однако мы надеемся на вас, – писала Элейн. – Будете ангелом, если подберете мне что-нибудь посимпатичнее у «Пакена»: мне просто необходимы вечерние туалеты на это лето…» — Сами видите, – заключила Александра, – теперь я просто не имею права отказываться. К тому же Делия, насытившись Парижем, спит и видит, как бы попасть на венецианские карнавалы. Вернемся в августе, как предполагалось. А вы можете отправляться на медовый месяц в Турень, как собирались. — Поступай, как знаешь, милочка. Но объясни мне, откуда такая меланхолия? — Это не меланхолия. Просто усталость. Однако, не стану от вас скрывать, позиция моего мужа не доставляет мне радости. Я думала, что он меня гораздо больше любит! Полагаю, ваш Никола будет далеко не столь суровым мужем. По-моему, он вас безумно балует! Действительно, снова поселившись в «Ритце», Эмити каждое утро получала грандиозный букет цветов; она сделалась обладательницей превосходного темно-голубого сапфира, обрамленного бриллиантовой россыпью, вручение которого в «Ритце» заставило ее радоваться, как маленькую. Все приобретения, которые она сделала во Франции, уже перекочевали в просторную квартиру жениха на набережной Вольтера; Риво, зная, что его будущая супруга привыкла к простору, собирался во время свадебного путешествия купить замок на берегу Луары. — Ты права, – согласилась Эмити, – и я очень счастлива, – однако мне кажется, Александра, что Джонатан всегда был с тобой щедр, отдадим же ему должное! Ты владеешь едва ли не лучшими драгоценностями Америки и… — Вот-вот! Разве вы забыли, что у меня стащили мои изумруды? Неужели вы считаете, что, вернись я без них, настроение Джонатана улучшится? А тут еще этот комиссар полиции никак не сообщит ободряющей новости! Она явно теряла терпение. Нервы ее были на пределе. Тетушка сочла за благо сменить тему. Александра не могла дождаться свадьбы Эмити, чтобы уехать вместе с Делией в Венецию. Она все хуже переносила светскую жизнь, которая раньше доставляла ей столько радости, в том числе прогулки по Булонскому лесу, где скользили б открытых колясках дамы неземной красоты в убранстве из перьев, султанов и цветов, унизанные жемчугами, с гордо поднятой грудью, слегка прикрытой букетиком, который красавица то и дело подносит к тонким ноздрям… Недавно и Александра принадлежала к их числу, однако теперь аллея Акаций не влекла ее, ибо она не ожидала увидеть на ней черного жеребца, несущего всадника безупречной выправки, который, не покидая седла, припадет к ее руке. Париж лишился для нее красок, и даже небо Парижа более не казалось ей голубым… |