Онлайн книга «Интриги Марии. Книги 1-2»
|
— Конечно, Бар-ле-Дюк – не край света, – говорила она, – однако мне кажется, будто я вернулась из Великого ханства. Говорят ли обо мне или я уже всеми позабыта? — Позабыты?! Вы шутите! Когда я уезжала из Парижа, вы были в центре всех пересудов. Только что пари не заключали о времени вашего возвращения в свиту королевы! Она очень того хочет, поверьте, и поручила мне горячо расцеловать вас. — Однако ни король, ни его дорогой Ришелье не желают меня видеть? — Пожалуй! — Что же говорит король? — Оставаясь верным себе, он принял сторону ваших соперников. И даже сказал мсье де Маршевилю, поспешившему всем обо всем растрезвонить, что вам будет позволено вернуться не раньше, чем королева родит наследника… — Ничтожество! И это после того, что я сделала для его восхождения на трон! Вот уж и вправду бедный Шале умер напрасно! — Надеюсь, это не стало для вас неожиданностью? Или обаяние герцога Гастона Орлеанского настолько ослепило вас, что вы приняли его за того, кем он на самом деле никогда не был: храбрый, искренний, преданный? Полагаться на него даже в малости – значит заранее проиграть. Он всегда готов на любой союз, сулящий выгоду, а в случае неудачи тут же прячет шпагу в ножны и бросает своих сообщников, отправляясь выторговывать себе отпущение грехов! Мария удивленно посмотрела на подругу. — Какая суровая оценка! Но не вы ли были влюблены в него, когда мы склоняли герцога встать на нашу сторону? — Я не так уж в этом уверена. Не беспокойтесь на сей счет. Теперь он полностью поглощен очередной своей женитьбой. — И король находит допустимым его усердие в желании заполучить наследника в то время, как наша королева до сих пор не подарила королю сына? Огромное состояние, доставшееся Гастону от умершей супруги, бедняжки Монпансье, вроде было бы должно располагать его к сдержанности. — О, совсем наоборот! Представьте себе, он снова влюблен! Мария не удержалась от смеха: — Влюблен? Этот истовый эгоист? Кто же это вас в том уверил? — Это неважно, теперь он, кажется, готов сломать копье о всякого, кто осмелится показаться перед глазами его возлюбленной! — Кто же она? — Очаровательная Мария-Луиза де Гонзага, дочь графа де Невера и наследница Мантуи. На этот раз ему удалось восстановить всех против себя: короля, королеву, королеву-мать, кардинала Ришелье и весь высший свет. Все против! — Королева-мать тоже против? Но почему? — Потому что она хотела женить его на флорентийской принцессе, одной из своих кузин из рода Медичи, к тому же граф де Невер – один из самых ярых ее недругов времен регентства после смерти ее супруга – короля Генриха. Он и особенно Кончини, а королева-мать, как вы знаете, никогда и ничего не прощает. И наконец, об этом вам должны были сообщить в вашей лоренской ссылке, мы накануне войны против дорогой ее сердцу Испании, это нужно для подтверждения прав графа де Невера на наследование Мантуи. Сложно было ничего не знать о событиях, будораживших значительную часть Европы после смерти герцога Мантуанского Винсента II Гонзага, случившуюся годом ранее, двадцать шестого декабря 1627 года. В завещании главным своим наследником усопший назвал ближайшего своего родственника по французской линии Карла Гонзага де Клева, старшего из побочной ветви Гонзага, и тот явился, чтобы принять полученное во владение наследство, состоящее из герцогства Мантуи и княжества Монферра, заняв при этом их столицу Касаль – мощную крепость на реке По. |