Книга Констанция. Книги 1-6, страница 372 – Жюльетта Бенцони

— Конечно, дорогой, только осторожнее, пожалуйста.

Арман приложил руку к животу Констанции и на его лице отразилось недоумение.

— Почему он молчит?

— Не спеши, сейчас, ведь не может же он все время шевелиться? Может быть, он уснул, а может быть, о чем-то задумался.

— А о чем он может думать, Констанция? Женщина пожала плечами.

— Арман, ты такой глупый, задаешь такие детские вопросы, на которые не существует ответа.

— Как это не существует, если он думает, то, наверное, о чем-то. — Он думает о тебе.

Арман хмыкнул и улыбнулся.

— Это, конечно, приятно, если он думает обо мне.

— Вот и радуйся, чувствуй себя счастливым отцом.

— Констанция, а ты сказала моей матери о том, что мы ждем ребенка?

— Нет, нет, Арман, пока ни о чем не надо никому говорить, пусть все остается в тайне, пусть об этом знаем только ты и я.

— Почему? К чему все эти секреты?

— В последнее время я стала ужасно суеверной, и мне не хочется, чтобы кто-то посторонний знал о нашей тайне.

— Но ведь моя мать — не посторонний для нас человек, может, тебе понадобятся какие-то советы…

— Арман, успокойся, — Констанция приложила ладонь к его губам, — если меня что-то будет интересовать, я спрошу, не беспокойся. Пока все хорошо.

Вдруг Арман напрягся.

— Я слышал, он шевельнулся!

— Ну вот, видишь, значит от почувствовал, что это твоя рука и может быть, тихонько ударил ножкой и шевельнул плечом.

— Какой он замечательный, скорее всего, это мальчик, и у меня будет сын.

— Конечно мальчик, я в этом не сомневаюсь.

— А откуда ты знаешь?

— Мне снился сон. А сны, которые снятся с четверга на пятницу, обычно сбываются.

— И что тебе снилось, Констанция?

— Мне снился ребенок у меня на руках. Мы стояли с ним у окна, я крепко прижимала его к груди, а он смотрел на город. Но вот что страшно, Арман…

— Что? Что? Что тебя испугало?

— Город за окном горел, все дворцы, соборы, дома полыхали. По улицам шли солдаты, кричали женщины, а мальчик у меня на руках негромко плакал…

— Глупости, не думай об этом! Это все только лишь сон, на самом деле, все будет по — другому. Мы с тобой будем обязательно счастливы, я уверен.

— Мне бы тоже хотелось быть счастливой… В гостиную неторопливо вошла графиня де Бодуэн.

Арман поднялся, подошел к своей матери и поцеловал ей руку.

— Как наш король, Арман? — осведомилась графиня де Бодуэн.

— Пребывает в прекрасном настроении, — ответил Арман.

— Какие новые развлечения ждут двор?

— Из новых развлечений — завтрашний бал-маскарад, а еще через несколько дней король Витторио устраивает соколиную охоту.

— Бал — это замечательно, тем более, маскарад. А вот охоту я не люблю. Констанция, а как ты относишься к соколиной охоте? — осведомилась графиня де Бодуэн, постукивая веером о ладонь левойруки.

Констанция приподнялась с мягкого кресла, пожала плечами.

— Мне тоже не очень нравятся подобные мероприятия. Я равнодушна к охоте, хотя для мужчин, насколько я понимаю, хорошее занятие. Ведь охота, как и война, веселит кровь, возбуждает.

— Да-да, дорогая, возбуждает, — закивала графиня де Бодуэн.

Арман подошел к своей супруге, взял ее под руку, и молодая пара, поклонившись графине де Бодуэн, медленно направилась по лестнице, ведущей на второй этаж, к своей комнате. А графиня осталась в гостиной. Она подошла к камину и пристально посмотрела в огонь, будто бы это был не огонь, а окно, и она могла видеть что-то совершенно необычное.