Книга Констанция. Книги 1-6, страница 658 – Жюльетта Бенцони

— Ну что ж, причины вполне понятны. После того, как ему стало известна стоимость драгоценностей, которые должны попасть нам в руки, граф готов носить вас на руках. Я думаю, что он вполне удовлетворится одним маленьким бриллиантом.

— Он не получит ничего, — сухо сказала госпожа де ла Мотт. — Нужно было думать об этом раньше.

Спустя несколько мгновений в покои вернулся граф де ла Мотт, собственноручно несший перед собой широкий медный поднос с двумя бутылками и фужерами. Бутылка бургундского — длинная, с узким горлышком целиком была покрыта тридцатилетней пылью. Лишь в том месте, где она лежала на боку, был виден кусочек наклейки.

— Предмет моей гордости, — торжественно возвестил де ла Мотт, — бутылка бургундского вина урожая 1753 года. Мы непременно должны откупорить ее в честь удачного завершения нашего совместного предприятия.

Он начал возиться с пробкой, а графиня насмешливо спросила:

— С чего вы взяли, мой милый супруг, что наше предприятие успешно закончилось?

Граф де ла Мотт замер, а затем медленно повернулся к супруге. — Женевьева, умоляю вас, не надо шутить подобным образом. Вы же знаете, что я излишне впечатлительный человнек и всегда поддаюсь на розыгрыши.

Графиня милостиво улыбнулась.

— Ну, ладно, черт с вами.

Она спокойно открыла свой ридикюль и достала оттуда черный бархатный футлят, переданный ей кардиналом де Роаном у Бемера и Бассенжа.

— Александр, — обратилась она к Калиостро, — вы уже нашли людей, которые займутся камнями?

Словно не расслышав вопроса, Калиостро оцепеневшим взглядом смотрел на футляр. Когда он заговорил, голос его дрожал. — Это оно?

Графиня де ла Мотт торжественно помахала футляром в воздухе. — А у вас есть в этом какие-нибудь сомнения? Или вы думаете, что я намерена предложить вам стеклянные бусы. Так что на счет ювелиров?

Калиостро на негнущихся ногах подошел к графине и протянул руку за футляром.

— Разрешите мне взглянуть.

Госпожа де ла Мотт игриво убрала ожерелье за спину.

— Сначала мы решим кое-какие деловые вопросы, а после этого можете в первый и последний раз насладиться созерцанием этой весьма симпатичной игрушки.

Граф де ла Мотт, пыхтевший над бутылкой бургундского, обернулся.

— Почему в первый и последний раз? Неужели вы хотите?..

Графиня снисходительно посмотрела на мужа.

— До чего же вы глупы, мой милый. Это ожерелье должно немедленно исчезнуть. Впрочем, как и все мы. Граф де ла Мотт скис на глазах.

— Мы должны немедленно бежать? Но куда? Графиня еще раз снисходительно взглянула на мужа и, глубоко вздохнув, сказала:

— Когда нужно будет бежать, вы узнаете. А пока не стоит нервничать. У нас еще есть время. Александр, — она повернулась к Калиостро, — мы так и не договорили.

Итальянец с угрюмым выражением лица сосал потухшую трубку. — А о чем мы должны говорить? У меня складывается такое впечатление, графиня, что вы уже все за всех решили. Может быть, мне вовсе стоит выйти из игры? Кажется, я только мешаю вам.

Графиня, словно в издевку над Калиостро, вертела перед глазами футляр с бриллиантовым ожерельем.

— Не надо обижаться. — Вы прекрасно знаете о степени истинных заслуг каждого. И сейчас мне не хотелось бы обсуждать эту тему. Нужно решить, что делать с ожерельем.

Калиостро кисло улыбнулся.

— У вас есть какие-нибудь собственные предположения на этот счет?