Книга Констанция. Книги 1-6, страница 89 – Жюльетта Бенцони

— Нет, парень, ты ничего не понял, ты слишком молод и слишком честен, — и судья Молербо положил руку на плечо офицера, сидевшего в углу кареты.Тот, поняв, чего желает господин судья, распахнул дверь и на ходу вышвырнул Филиппа на обочину.

Парень упал в грязь и долго сидел на земле, слыша хохот солдат. А карета судьи быстро удалялась.Наконец, чертыхаясь, Филипп поднялся на ноги, отряхнул

Грязь и побрел к дому.

Мать и сестра собирали разбросанные вещи, втаскивали в дом сундуки, ставили на место мебель.Увидев сына, Этель обрадовалась.

— Они тебя били, Филипп?

— Нет, мама, — единственное, что сказал Филипп и пошел в конюшню. — Марсель! Марсель! — негромко окликнул Филипп.

Зашелестела солома, с грохотом упало несколько широких досок, и перед Филиппом появился Марсель Бланше с пистолетом в руке.

— Ну что, ты испугался, парень?

— Нет, дядя, — сказал Филипп.

— Что они у тебя спрашивали, они искали меня?

— Да.

— Судья Молербо, наверное, предложил тебе свою помощь, Филипп?

— Да, он говорил, что уничтожит всех Реньяров, если я скажу ему, где прячешься ты.

— Как вижу, ваша сделка не состоялась, — немного горько улыбнулся Марсель Бланше, пряча пистолет за пояс.

— Не состоялась и не могла состояться, ведь ты сам говорил, что ни в роду Бланше, ни в роду Абинье никогда не было предателей.

— Молодец, парень! Молодец! — и Марсель крепко прижал к своей груди перепачканного в грязь племянника.

Они несколько минут так и стояли — мужчина, умудренный опытом и юноша, еще не вкусивший жизни.

Наконец Марсель Бланше разжал объятья и уселся на ступеньку лестницы, ведущей на чердак.

— Понимаешь, племянник, у меня сейчас безвыходное положение.

— Почему, Марсель?

— Я не могу оставаться в доме моей сестры, потому что своим присутствием подвергаю вас опасности. И поэтому, наверное, мне придется покинуть ваш гостеприимный дом.

— Марсель! Марсель, не спеши, подумай, ведь тебя никто не гонит. У нас хватит еды, а моя мать и Лилиан тебя любят.

— Да, мать меня любит, но больше она, как всякая мать, любит тебя и Лилиан. А солдаты наверняка вернутся и тогда неизвестно, успею ли я спрятаться, и вы пострадаете за то, что укрывали мятежника и изменника короля. Как ни прискорбно, но опять, вероятно, моя жизнь превратится в сплошные скитания, в погони, в стрельбу… Боже, как мне все это надоело! — обхватив голову руками, произнес Марсель.

— Так не уезжай, будь с нами.

— Пойми, Филипп, здесь есть еще одна закавыка:я человек, который не имеет ничего, кроме верного коня, кожаного плаща и пары пистолетов.

— Марсель, но мы уже успели привыкнуть к тебе, неужели тебе у нас плохо?

— Мне у вас, Филипп, слишком хорошо, но я боюсь, что вам будет плохо.

— Нет, Марсель, я хозяин в доме. И даже если мать и Лилиан будут против, я настою на своем. Мне хочется, чтобы ты остался.И в этот момент на губах Марселя Бланше появилась лукавая улыбка.

— Филипп, — он вскочил со ступеньки лестницы и хлопнул племянника по плечу, — скажи, пришелся по вкусу мой подарок?

Филипп от неожиданности вздрогнул и растерялся.

— Откуда? Откуда ты знаешь, что я встречался с Констанцией?

— Да это видно по твоему лицу, у тебя на лбу написано.

— А мать? Лилиан? Что они думают?

— Они давным-давно обо всем догадались. Ведь ты не умеешь хранить тайны, ты слишком прям и честен, на твоем лице как в зеркале отражаются все чувства.